Индустрии моды не работают

Выбор профессии: кем ты можешь стать в индустрии моды?

Ты любишь моду и считаешь себя творческим человеком? Почему бы тогда тебе не подумать об образовании и карьере, связанных с модной индустрией?

Ведь в ней тебя ждет множество интересных профессий, позволяющих проявить различные таланты и способности, быть востребованным и успешным.

Годовая образовательная программа «Fashion & Styling: введение в мир моды и стиля» для школьников 14-16 лет, которую предлагает школа для подростков Uteens совместно с Британской Высшей Школой Дизайна , поможет тебе познакомиться со многими из них и сделать правильный выбор направления своего будущего образования и профессионального пути.

Об особенностях основных профессий модной индустрии нам рассказывает Илектра Канестри — куратор программы.

Фэшн-дизайнер

В современной индустрии моды фэшн-дизайнер — это не просто профессионал, создающий коллекции одежды или аксессуаров. Он должен не только заниматься творчеством, но и разбираться в тканях и материалах, во всех тонкостях процесса создания модного продукта и его реализации. А еще это человек, который формирует тренды , влияет на запросы потребителей и создает вокруг собственного бренда или бренда, с которым он сотрудничает, сообщество людей, которым интересны его стиль и эстетика.

👉 Для фэшн-дизайнера важен кругозор, интерес к искусству, технологиям, всему, что происходит в жизни. Ведь мода — это зеркало самых разных процессов, которые развиваются вокруг нас.

Так что, если ты обладаешь творческим мышлением, тебе интересно «переводить» на язык моды свои впечатления и эмоции, а с другой стороны, тебя интересует современность, жизнь со всем ее разнообразием и тебе хочется работать для людей и доносить им свои идеи, эта профессия — для тебя.

Дизайнер по текстилю

Каждый сезон среди модных тенденций мы встречаем те или иные принты. Цветочные, геометрические, в стиле граффити или напоминающие окрасы диких животных. И каждый сезон мы следуем тем или иным цветовым трендам. А задумывалась ли ты о том, кто придумывает все эти разнообразные рисунки и расцветки для тканей, которые мы видим в коллекциях брендов? Этим занимаются дизайнеры по текстилю.

👉 Особенность этой профессии в том, что она сочетает художественные навыки и возможность работать в сфере моды. Получив специальность дизайнера по текстилю, ты становишься тем же художником, просто вместо холста и бумаги материалом для твоей работы становятся ткани.

Кстати, образование в области текстильного дизайна позволит тебе сделать карьеру и в индустрии дизайна, ведь ты можешь выбрать направлением своей работы интерьерный текстиль.

Стилист

Работа в качестве стилиста или имиджмейкера тоже очень важны для индустрии моды. Причем стилист может приложить свои знания и умения в самых разных сферах, таких как работа с частными клиентами, в качестве персонального шоппера. Стилисты сотрудничают с модными изданиями, рекламными агентствами, работают на телевидении или в киноиндустрии, а также с музыкальными исполнителями.

👉 Стилист — профессия, связанная с самыми разными навыками и знаниями: в истории моды и стилей, знания в истории искусства, в области цветоведения и колористики. И, конечно, стилист должен понимать особенности форм и пропорций, даже иметь представление об анатомии.

Ты должна будешь хорошо разбираться в дизайнерах и брендах. А еще стилист должен быть хорошим психологом — ведь для того, чтобы работать с индивидуальным стилем человека, важно понимать его тип личности, считывать его эмоции и настроение. В общем, скучать не придется — это профессия, в которой ты постоянно будешь находиться в движении, развиваться и общаться с большим колличеством людей.

Источник

«Дизайнеры приходят с миллионами идей, но их просто некому реализовать»

В Екатеринбурге обсудили, почему в России нет модной индустрии и когда она появится

Сложное настоящее и перспективное будущее отечественных модных брендов обсудили на сессии «Инновации и мода», прошедшей в Екатеринбурге. На встрече вместе с самими дизайнерами собрались владельцы корнеров, руководители тканевых фабрик, а также представители власти Свердловской области. It’s My City рассказывает, почему fashion-вопросы важно поднимать именно в таком составе и кто в уральской столице займется слиянием моды и IT.

Индустрия моды в России не зародилась из-за дефицита

Специальным гостем сессии стал основатель Института развития моды Beinopen Алексей Баженов. Его команда уже несколько лет работает с представителями регионального креативного сегмента, объясняя, что нужно сделать, чтобы в России появилась модная одежда не хуже западной.

«Два года назад я встречался с редактором Vogue. И она говорила, что в России никогда не будет моды, потому что у нас не умеют ее делать. Ее, наконец, уволили. И, конечно, на самом деле отсутствие индустрии связано совсем с другим. В России просто не было профицита, у нас все время был дефицит», — объясняет Алексей Баженов.

Согласно его гипотезе, индустрия моды в России не зародилась из-за исторических условий, а не из-за отсутствия таланта. На Западе, по его словам, вторая промышленная революция обернулась разделением труда, появлением легкой промышленности и впоследствии профицитом из-за повышения количества продукции различных фабрик.

«Средний француз приходил в магазин и оказывался перед выбором трех одинаковых рубашек. Побеждала в итоге та, которая могла рассказать потребителю о себе», — привел пример Алексей Баженов.

Таким образом, предприятия, которые делали обычные вещи, стали работать на бренды, придумывающие об одежде истории. Иными словами, произошло разделение труда сначала на производителей и креаторов, которым выгодно взаимодействовать, а потом на тех, кто профессионально рассказывает о моде, и на тех, кто профессионально продает вещи.

«Из-за того, что у нас не было распродаж, из-за того, что мы стояли в очередях за вещами, у нас не возникло необходимости у креативной индустрии идти навстречу производственной индустрии. В России не было третьей промышленной революции, которая могла бы создать единую экосистему», — объясняет Алексей Баженов.

Необходима четвертая промышленная революция

Однако, несмотря на упущенные возможности в XX веке, Алексей Баженов прогнозирует, что у России есть все шансы отыграться в XXI веке.

«Наука и IT перешивают розничную торговлю, легкую промышленность и креативные индустрии. Создается гибридный модный продукт, связанный с дополненной реальностью: принтами, которые могут шевелиться, интеграцией с киберспортом, масками, которые сейчас делают в Instagram практически все бренды», — объясняет Баженов.

Так, уже сегодня для современного российского потребителя в порядке вещей узнавать информацию о брендах в сети, выбирать товары, не наносящие ущерб окружающей среде, и быть не просто потребителем, а пользователем моды, предположим, сдавая товар на переработку. Таким образом, по словам Алексея, если представителям креативного кластера и торговли грамотно объединиться с современными технологиями, то Россия вполне может стать международным центром современной моды.

«Для меня экономическим чудом и доказательством того, что идет четвертая промышленная революция, стало то, что в 2020 году, который, казалось бы, из-за карантина должен был убить легкую промышленность, экспорт одежды из России, наоборот, был выше в два раза по данным Федеральной таможенной службы», — говорит Алексей Баженов.

Что дизайнеры и фабриканты должны сделать прямо сейчас?

По разработанной на 2021 год стратегии, для того, чтобы активные продажи не прекратились необходимо:

Первое — укреплять связи креативной индустрии и индустрии производства. Благодаря этому все кластеры, участвующие в создании модной одежды, будут говорить на одном языке, что поможет и представителям сферы IT, и дизайнерам, и фабрикантам чувствовать себя частью одной сферы.

Второе — получать новые знания: участникам модного процесса нужно быть в курсе последних изменений и в информационных технологиях, и в модных течениях.

Третье — стимулировать акселерацию, или привлекать новых креативных специалистов, которые будут внедряться в уже действующие бренды и способствовать их развитию.

Четвертое — развивать IT-стартапы, которые нужно спонсировать и интегрировать в реальный бизнес.

Проблемы с неопытностью кадров решатся сотрудничеством бизнеса с университетами

Многие участники встречи согласились с предложениями основателя Института Beinopen. «Мы сейчас действительно получаем новый сегмент премиального ответственного потребителя, что заставляет рынок работать с инновациями. А вот с точки зрения технологий нам самим нужно вводить ответственное производство», — поделился мнением эксперт по маркетингу и брендингу территорий Роман Золин.

Однако были и те, кто поднял другие проблемы. Например, руководитель швейного производства Артем Миронов считает, что следует уделять особое внимание нехватке кадров.

«Можно сколько угодно придумывать fashion-проекты, кластеры и аутлеты, но реальные данные таковы, что в Екатеринбурге за год выпускается всего двенадцать швей и около тысячи дизайнеров. Последние приходят с миллионами идей, но их просто некому реализовывать», — сказал Артем. К решению этой проблемы удалось приблизиться сразу же во время разговора: Нино Шаматава из бренда USHATÁVA договорилась с первым проректором Уральского архитектурно-художественного университета о том, что будет помогать в создании профессиональных кадров.

«Проблема не в том, кто хорошо, а кто плохо работает. Проблема именно в передаче практических знаний. Так что мы, например, готовы принимать студентов на стажировку, делиться с университетом стоками ткани, которые мы уже не используем. Мы заинтересованы в том, чтобы сделать полный цикл производства продукции: делать и мебель, и керамику, и ковры», — поделилась Нино.

Диалог власти и креаторов становится горизонтальным

Встреча екатеринбургского модного рынка с чиновниками проходила в рамках программы Агентства стратегических инициатив Rurban Creative Lab. Это федеральной проект, который стремится преобразовать неиспользуемые и заброшенные промышленные площадки в современные резиденции. В Екатеринбурге за реализацию программы взялось министерство инвестиций и развития области, а также Областной фонд поддержки предпринимательства. Чиновники намерены взять на себя роль посредника между всеми элементами свердловского модного рынка и представителями IT, чтобы Екатеринбург через несколько лет имел возможность стать мировой столицей WеаrNet ― направления, объединяющего моду и современные технологии. Однако плюсы от объединения, несмотря на большой объем предстоящей работы, могут проявиться уже в ближайшее время.

«Свердловской области интересно, чтобы вы стали успешными предпринимателями, потому что это, во-первых, даст славу нашему региону; во-вторых, повысит уровень экономики, что позволит сделать жизнь населения лучше. И мы готовы честно говорить о своих задачах во время сотрудничества и коллаборации», ― объяснила заместитель министра инвестиций и развития Свердловской области Елена Хлыбова.

Во время беседы также определились темы, как минимум, двух следующих встреч представителей креативных бизнесов со свердловскими чиновниками. На них будут обсуждаться правила маркировки и сложности экспорта для малого бизнеса.

«У нас в регионе есть все ингредиенты для того, чтобы заварить эту вкусную кашу. Давайте, раз мы встали на этот путь, будем двигаться дальше вместе. Наша задача, как представителей власти, услышать проблемы и предложить поддержку. И мы понимаем, что управленческому составу тоже нужно меняться, потому что изменения касаются не только бизнеса, но и вообще всех», — добавила руководитель проектов Свердловского областного фонда поддержки предпринимательства Людмила Капанина.

И судя по тому, что по итогу выступлений был создан телеграм-чат, в который вступили все участники разговора, как минимум коммуникация власти с креативными проектами теперь точно будет вестись проще и эффективнее.

Источник

Российская индустрия моды: проблемы и перспективы

Автор: Ялунер Е.В.

Часто можно услышать, в том числе и от российских представителей власти, что «мода – это несерьезно». Однако, на сегодня в мире индустрия моды – это вторая потребительская индустрия после продуктов питания. Ежегодно в мире продается более 80 миллиардов предметов одежды. Ежегодный рост рынка модной индустрии составляет 10-15%. Общий оборот этого сектора экономики, по данным Fashion United.com, составляет более 3 триллионов долларов США. Доля модной индустрии в мировом ВВП составляет 2%. Эта доля в различных странах существенно различается: во Франции она составляет 1,5%, в Нидерландах – 1,9%, в Германии и Испании – 2,2%, в Великобритании – 3,2%. В США доля индустрии моды составляет более 4%, что обеспечивает занятость 1,9 млн человек [1].

Индустрия моды – это не только собственно изготовление одежды. Это огромная индустрия по изготовлению материалов из сельскохозяйственного или синтетического сырья; производство прядильного, ткацкого оборудования, оборудования для обработки шкур и кожи, оборудования для швейного производства. Т.е. развитие индустрии моды, рост рынка одежды является драйвером роста и для ряда других отраслей экономики, в том числе текстильного производства, сельского хозяйства, химической промышленности, машиностроения и др.

Российская индустрия моды и то, что с ней связано, пребывает в последние годы в плачевном состоянии. В 2013-2017 гг. продажи одежды в России увеличились всего на 1,3%, при этом в продажах одежды в России преобладает импортная продукция (свыше 80%), доля российских производителей на рынке текстильной продукции не превышает 40% его объема. В целом вклад валовой добавленной стоимости текстильного и швейного производства в ВВП составляет всего около 0,2%. Падение производства верхней одежды, трикотажных изделий, мужских рубашек, чулочно-носочных изделий и т.п. в натуральных показателях составило в 2018 году по сравнению с 2017 годом от 8% до 15% по различным группам товаров [2].

После небольшого роста в 2017 г. по сравнению с 2016 г. несколько снизилось производство готовых тканей (на 1%). Тенденция снижения объемов производства готовых тканей продолжается и в 2019 году – за пять первых месяцев 2019 года производство тканей составило 99% от аналогичного показателя предыдущего года. В целом, объем производства тканей составил в 2018 году 5 895 358,28 тыс. кв. метров, в том числе: шелковых – 127,55 тыс., шерстяных – 7 880,16 тыс., синтетических – 429 403,06 тыс., хлопчатобумажных – 771 445,27 тыс. кв. метров. Для сравнения, за этот же год импорт тканей составил: шелковых – около 62,9 т на сумму 3,4 млн долларов, шерстяных – 987,1 т на сумму 17,4 млн долларов, хлопчатобумажных – 36 665 т на сумму 162,4 млн долларов [3].

Производство средств производства для сектора индустрии моды и смежных областей также пребывает в упадке. По данным Росстата, за первые пять месяцев 2019 года в стране произведен один (!) ткацкий станок, 28 единиц прядильных, тростильных, крутильных, намоточных и мотальных машин. Произведено 10 единиц швейных машин, не относящихся к категории бытовых. Общий объем производства оборудования для подготовки, прядения, производства тканых и трикотажных текстильных изделий и прочего оборудования для текстильного и швейного производства составил в этом периоде немногим более 36 млн рублей [2]. За этот же период объем импорта аналогичного оборудования в страну составил около 20,2 млн долл. В целом же в последние годы объем импорта оборудования для подготовки, прядения, производства тканых и трикотажных текстильных изделий составил: в 2016 году 14,2 млн долл., в 2017 году 18,2 млн долл., в 2018 году 13,7 млн долл. Объем импорта швейных машин, не относящихся к категории бытовых, составил в 2016 году 33,7 млн долл., в 2017 году 40,1 млн долл., в 2018 году 38,5 млн долл. [3]

Слабо представлена отечественная продукция и на мировых рынках. Экспорт одежды российского производства растет, однако, недостаточными темпами. В 2018 году объем экспорта вырос на 7,3%. В то же время, правительством страны поставлена амбициозная задача увеличения экспорта товаров легкой промышленности к 2025 году вдвое. Отраслевая стратегия предусматривает, кроме того, удвоение вклада легкой промышленности в ВВП в те же сроки, существенное повышение уровня локализации производства [4]. Однако, для удвоения объема экспорта и объема производства за 7 лет необходим ежегодный рост в объеме около 11%.

Указанная стратегия на сегодняшний день не принята окончательно, однако и в рамках действующих программ на развитие легкой промышленности выделяются весьма значительные средства. Так, в рамках действующей с 2016 года программы государственной поддержки развития легкой промышленности было выделено: в 2016 году – 2,54 млрд рублей, в 2017 году – 3,78 млрд рублей, в 2018 году – 3,86 млрд рублей. В соответствии с предложением Торгово-промышленной палаты Российской Федерации, сохранение мер поддержки в виде субсидий в общем объеме около 3 млрд рублей планируется на 2019 и 2020 годы [5, 6]. Однако, несмотря на все усилия, на сегодня, по оценке главы Российского союза предпринимателей текстильной и легкой промышленности Андрея Разбродина, даже на рынке Российской Федерации российские компании занимают только 20% [5].

Одна из последних тенденций в мире модной индустрии – это развитие небольших транснациональных брендов. Формирование и развитие этой тенденции обязано в первую очередь информационным технологиям, развитию дистанционной торговли. На сегодня для полноценной работы по всему миру совсем необязательно создавать и содержать разветвленные международные сети представительств, обладать развитой логистической системой. Представление продукции и прием заказов осуществляется через сеть Internet. Доставка продукции до потребителя – многочисленными национальными и международными, частными и государственными транспортными, почтовыми компаниями. Благодаря доступности новых технологий контакта с потребителем в рамках дистанционной торговли для субъектов малого и микробизнеса, множество новых мировых брендов рождаются из небольших «домашних» ателье.

Множество таких ателье ежегодно создаются и в России, однако на пути к мировому потребителю у них встают практически непреодолимые, как оказывается, препятствия. В России сегодня множество брендов, однако, они очень слабо представлены на мировом рынке дистанционной торговли одеждой. В частности, на торговой площадке Aizel.ru из 700 представленных брендов только 150 – российские. И даже этот результат является плодом очень серьезных совместных усилий сооснователя Aizel.ru Айсель Трудел и президента Национальной палаты моды, президента Mercedes-Benz Fashion Week Russia Александра Шумского, позволивших за два года удвоить представительство российских брендов на интернет-площадке Aizel.ru.

При этом, еще раз следует подчеркнуть, что ни с количеством российских брендов, отражающем творческий потенциал наших дизайнеров, ни с качеством отшива изделий, существенных проблем у отечественных производителей нет. И даже во многих передовых областях индустрии моды с успехом работают идеи, зародившиеся в российских умах. Так, например при общей неразвитости пока в России рынка fashiontech, объединяющего информационные технологии и моду, множество мировых стартапов имеют российские корни: сервис по подбору одежды на основе искусственного интеллекта «Рафинад», технология климат-контроля в одежде CyberX, конструктор одежды AveEva, петербургский стартап «Перчатка Брайля» и другие [7]. Однако даже самый «продвинутый» российский бренд представляет собой явление, сопоставимое по масштабам с самым неразвитым европейским стартапом.

Все вышесказанное обуславливает как потребность в изменениях, так и большой нераскрытый пока потенциал российской индустрии моды. Проблемам, препятствующим раскрытию потенциала, а также перспективам развития российской индустрии моды была посвящена дискуссия, развернувшаяся вечером 7 июня 2019 года в конференц-зале В2 Конгресс-центра в рамках Петербургского международного экономического форума. Особый статус дискуссии придало участие в ней двух министров российского правительства: Министра финансов Российской Федерации Антона Силуанова и Министра промышленности и торговли Российской Федерации Дениса Мантурова.

Предприятия модной индустрии – это во многом предприятия малого бизнеса. И для них характерны те же проблемы, что и для других малых предприятий. Это, в частности, проблемы высокой налоговой нагрузки, недоступности кредитных ресурсов, высокой арендной платы (в частности, в Москве, где сосредоточено большое количество участников рынка). Об определенной помощи в решении этих проблем сообщил Алексей Фурсин, руководитель Департамента предпринимательства и инновационного развития города Москвы. Определенные проблемы есть в информационном плане – не все предприниматели достаточно информированы об условиях осуществления предпринимательской деятельности, существовании льгот и преференций малому бизнесу и т.п.

Помимо этих общих предпринимательских проблем, участники дискуссии выделили и специфические проблемы, характерные для российской модной индустрии:

• сложности в осуществлении внешнеэкономической деятельности;
• плохая информированность о российских брендах в стране;
• нехватка профессиональных кадров для российской модной индустрии;
• отсутствие российского сырья (тканей и фурнитуры).

Рассмотрим эти специфические проблемы более подробно. Российский предприниматель, решившийся на выход во внешнеэкономическое пространство, сталкивается с определенными сложностями осуществления внешнеэкономической деятельности. Этих сложностей участники дискуссии назвали как минимум три:

во-первых, это – общая зарегулированность внешнеэкономической деятельности в России. Сложность и многочисленность процедур способствует повышению затрат и усложнению импорта, с одной стороны, и препятствует экспорту, с другой;

во-вторых, отсутствие системы идентификации товаров (или других механизмов или правил, компенсирующих отсутствие этой системы). В настоящее время значительно усложнено участие в международных системах дистанционных продаж. Продажи предполагаю возможность возврата товара. В отсутствие системы идентификации невозможно подтвердить идентичность возвращаемого товара ранее вывезенному, что влечет за собой повторную уплату пошлины. Аналогичная проблема возникает при вывозе коллекций для показа за рубеж. Такая ситуация приводит к тому, что вещи для показа вывозятся нелегально, «в чемоданах»;

в-третьих, главный редактор Harper’s Bazaar Дарья Веледеева указала на наличие проблемы сертификации тканей. Проблема заключается в постоянном изменении условий сертификации. Это сдерживает производство и осложняет работу.

Для решения этих проблем необходима планомерная работа по упрощению внешнеэкономической деятельности в стране. В рейтинге Всемирного банка Doing Business 2019 по показателю международная торговля Россия занимает 99-е место. Определенные улучшения есть (в 2011 году РФ занимала 160-е место). Однако, текущая позиция России в указанном рейтинге совершенно не соответствует тому месту, которое страна должна была занимать в соответствии с дорожной картой «Совершенствование таможенного администрирования» на 2012-2018 годы. Документом было установлено целевое значение на 2018 год – 17. Для сравнения, Китай на сегодня имеет показатель 65. Россию обгоняют также Грузия (43), Армения (46), Молдова (35) и наш партнер по единому таможенному пространству – Беларусь (25) [8]. Необходимо вернуться к решению проблемы таможенного регулирования. Без этого невозможно наращивание экспорта, как в рассматриваемой отрасли, так и в других отраслях российской экономики.

Необходимо вводить систему идентификации товаров. При невозможности (нецелесообразности, нерентабельности) введения такой системы или на переходный период можно было бы ослабить условия, необходимые для освобождения от уплаты лишней пошлины, заменив понятие «идентичный» понятием «аналогичный». Существенным упрощением системы сертификации могло бы стать введение системы электронной сертификации. Эта система разрабатывается уже пять лет, однако так и не введена в эксплуатацию.

Вторая существенная проблема, озвученная участниками дискуссии на Форуме, заключается в плохой информированности о российских брендах внутри нашей страны. Известные иностранные бренды все чаще пользуются услугами российских производителей для отшива своей одежды на площадках российских партнеров. Многие крупные мировые компании проявляют интерес к отечественным предприятиям. Одна из последних новостей на эту тему – отзывы экспертов Inditex (бренд Zara) о качестве пошива по итогам изучения российских компаний. Есть российские бренды, которые хорошо известны в Китае и пользуются там большой популярностью. Однако, качество российских производителей, как и достижения отечественных дизайнеров зачастую остаются тайной для российского потребителя.

Проблема здесь состоит и в том, что российские участники рынка модной индустрии больше нацелены на выход на международные рынки, чем на развитие брендов внутри страны, и в том, что российская пресса зачастую не проявляет должного интереса к отечественным производителям. В то же время, наш внутренний рынок обладает огромным потенциалом. Главный редактор Harper’s Bazaar Дарья Веледеева призывает сфокусироваться на внутреннем рынке. Оказывать поддержку не только (и не столько) в вывозе коллекций для показа за рубеж, но стимулировать внутреннее продвижение. Ей вторит и президент Национальной палаты моды, президент Mercedes-Benz Fashion Week Russia Александр Шумский. Российский рынок, по его мнению, должен быть первоочередным, необходимо лучше информировать население об отечественных брендах. В частности, в 2019 году создан Фонд Моды, в задачи которого входит устранение барьеров в развитии модной индустрии, в том числе и информационного характера.

О третьей проблеме – нехватке профессиональных кадров для российской модной индустрии говорили как президент Национальной палаты моды Александр Шумский, так и представитель собственно индустрии моды Оксана Лаврентьева. Эту проблему поднимают и другие участники рынка. Причем, проблемы состоят как в получении общего «предпринимательского» образования (образования в области экономики и управления) для дизайнеров, так и специализированного образования в области технологий и конструирования одежды.

С одной стороны, кадровая проблема заключается в том, что в последнее время существенно изменились карьерные траектории дизайнеров одежды. Александр Шумский описывает еще недавно обычную траекторию дизайнера, как трудоустройство после окончания обучения в крупную компанию, где годами формировались определенные навыки, и только после их приобретения происходил переход к самостоятельной работе над созданием и продвижением собственного бренда. Сегодня же, зачастую, двадцатидвухлетний выпускник сразу начинает работать на себя. При этом дизайнера не учат тому, что он будет делать, как он будет работать самостоятельно, когда закончит учебное заведение.

С другой стороны, кадровая проблема касается самых распространенных в легкой промышленности профессий: конструкторов, технологов, швей. Собственно, всех тех, кто ответственен за материальное воплощение идей дизайнеров. Как выразилась дизайнер Оксана Лаврентьева, хуже того, что неправильно учат дизайнеров, по ее мнению, нет учебных заведений, где учат специалистов, конструкторов, технологов. Эту проблему понимают и в Правительстве Российской Федерации. Так, Министр промышленности и торговли Российской Федерации Денис Мантуров констатировал, что наши производители обладают достаточными умениями для того, чтобы производить свою одежду под известными западными брендами. Примером может служить бренд Zara. То есть, потенциал у российских производителей есть. Однако многие отечественные дизайнеры находятся в «серой» зоне, поскольку не умеют отстраивать свой бизнес, не могут зарегистрироваться, не имеют стартового капитала и т.п.

Указанная проблема касается образования, поэтому и решение ее лежит в области его совершенствования. При этом база для образования, как отметил Министр финансов Российской Федерации Антон Силуанов, есть. В частности, была упомянута Школа дизайна Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики. В этой сфере работают и другие образовательные учреждения. Только в Санкт-Петербурге работают Санкт-Петербургский государственный университет промышленных технологий и дизайна, Институт текстиля и моды и т.д. То есть база для обучения в указанной области существует. Если, по мнению участников рынка, она недостаточна – это означает, что есть необходимость корректировать учебные программы с учетом потребностей рынка.

Кроме того, необходимо развивать профессиональное образование в этой области, в том числе восстанавливать систему среднего профессионального образования. Целесообразно также внедрять, развивать бизнес-образование как часть образования дизайнеров и технологов.

Наконец, последняя проблема (в порядке рассмотрения, но отнюдь не по своей значимости) – это высокие цены на импортные ткани и фурнитуру, зависимость отрасли от импорта. Основная масса используемого для производства одежды сырья и комплектующих (тканей и фурнитуры) сегодня является импортной. Доля импортных тканей и фурнитуры у некоторых производителей в российской модной индустрии составляет 100%. Такое положение дел в отрасли негативно влияет как на стоимость используемых материалов (и, таким образом, на себестоимость и цену готовой продукции), так и на своевременность поставок, т.е. на возможности предприятий оперативно реагировать на изменения на рынке, оперативно выполнять заказы. Снижается ритмичность работы, гибкость отечественных предприятий.

Модератор дискуссии, сооснователь и член совета директоров Aizel.ru Айсель Трудел, предложила ввести налоговые льготы, снизить таможенные пошлины на импорт для снижения цен на текстильную продукцию и фурнитуру. Это предложение вызвало возражение Министра финансов Российской Федерации Антона Силуанова, который высказался о необходимости развивать собственное производство тканей и фурнитуры. Эти два мнения формируют одну из основных дилемм на сегодня в развитии отечественной легкой промышленности. В целом, к сожалению, этот вопрос оказался затронут участниками дискуссии крайне поверхностно. В то же время, он, как представляется, один из самых важных и один из самых сложных.

Необходимо четко определить приоритеты развития страны в этой области, а затем, в соответствии с этими приоритетами, осуществлять либо меры поддержки отечественного производителя тканей, либо проводить политику облегчения доступа производителей индустрии моды к импортным материалам. Нам первый путь, учитывая богатые традиции России в этой области и те преимущества, которые дает развитие текстильного производства для развития смежных областей, представляется более предпочтительным. В этом случае было бы целесообразно финансирование поддержки развития собственной текстильной промышленности за счет средств, получаемых от импортных пошлин. Такой подход мог бы получить поддержку и участников рынка. Учитывая серьезное отставание в этой области, а также капиталоемкость современного текстильного производства, было бы целесообразно введение длительных налоговых каникул в этой области.

В целом, российский рынок текстиля и одежды имеет огромный потенциал и большие перспективы. Однако, целый ряд обозначенных участниками дискуссии проблем препятствует его развитию и потому нуждается в скорейшем разрешении. Большая часть проблем являются общими, как для индустрии моды, так и для национальной экономики в целом. Это проблемы создания и развития общих благоприятных условий для предпринимательства в стране (в части упрощения регулирующих процедур, доступа к кредитам, повышения надежности прав собственности, повышения законности во всех аспектах предпринимательской деятельности), создания благоприятных для бизнеса условий внешнеэкономической деятельности. В первую очередь реформирования требует именно это. В России есть таланты, есть технологии, а главное – есть еще желание творить, созидать, предпринимать. Необходимо лишь создать благоприятные условия и не мешать людям воплощать в жизнь свои предпринимательские идеи – источник устойчивого развития страны на многие десятилетия.

• Global fashion industry statistics. Fashion United. [Электронный ресурс]. Режим доступа:https://fashionunited.com(дата обращения 18.06.2019).
• Производство основных видов продукции в натуральном выражении с 2017 года (оперативные данные в соответствии с ОКПД2). Федеральная служба государственной статистики. ЕМИСС. [Электронный ресурс]. Режим доступа:https://fedstat.ru/indicator/57783(дата обращения 21.06.2019).
• Таможенная статистика внешней торговли Федеральной таможенной службы Российской Федерации. [Электронный ресурс]. Режим доступа:http://stat.customs.ru/apex/f?p=201:2:1033680543207670::NO(дата обращения 21.06.2019).
• Проект Стратегии развития легкой промышленности в Российской Федерации на период до 2025 года. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://qps.ru/SDTnX(дата обращения 21.06.2019).
• Смягчающие обязательства. Минпромторг определил новые параметры господдержки промышленности // Коммерсантъ, № 228 от 11.12.2018.
• ТПП предложила сохранить господдержку легкой промышленности в 2018-2020 годах на уровне 3 млрд руб. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://qps.ru/Z0yMv(дата обращения 12.06.2019).
• Жигач А. «30 fashiontech-проектов за год»: технологии в индустрии моды отвоевывают рынок в России // Деловой Петербург, 23 мая 2018.
• Doing Business: Оценка бизнес-регулирования. Проект Всемирного банка. [Электронный ресурс]. Режим доступа:http://russian.doingbusiness.org(дата обращения 20.06.2019).
• Реформа российской индустрии моды: экономический потенциал на внутреннем и внешнем рынках. Информационно-аналитическая система Росконгресс. [Электронный ресурс]. Режим доступа:https://roscon-gress.org/sessions/spief-2019-reforma-rossiyskoy-industrii-mody-ekonomicheskiy-potentsial-na-vnutrennem-i-vne-shnem-rynkakh/translation/(дата обращения 20.06.2019).

Елена Васильевна Ялунер – доктор экономических наук, профессор, заведующая кафедрой экономики предпринимательства Санкт-Петербургского государственного экономического университета.

Данная статья опубликована в специальном выпуске научного журнала «Известия Санкт-Петербургского государственного экономического университета» по итогам Петербургского международного экономического форума — 2019.

Источник