Как настроить себя не боятся смерти

Что нужно знать о страхе смерти, чтобы перестать её бояться

Конспект эфира издательства Питер с председателем Ассоциации когнитвно-поведенческой терапии Д.В. Ковпаком.

В основе тревог и страхов лежит страх смерти. Может ли человек, как живое существо не бояться смерти? Страх смерти — это инстинкт самосохранения и выживания, которые естественный и полезный. Но страх смерти может быть химерой, то есть фикцией, созданный воображением, созданный представлениями человека, которые проецируются в реальность. Как ребёнок боится тёмной комнаты, где никого нет, ему мерещится в образе шкафа динозавр, в торшере — пираты, занавеска, как приведение.

Поэтому задача при работе со страхом смерти — развенчание мифов, как раз прояснение тех иллюзий. Потому что в большинстве случаев, как писал Марк Твен: «Столько ужасов, сколько происходило в моей жизни я даже не могу себе представить, для другого человека. Но ни один из них не сбылся». То есть все представления писателя не превращались в финальный результат, который он ожидал — в смерть.

Но смерть — это неизбежность, это часть жизни, это её финал. Поэтому отрицание смерти и приводит к страху смерти. Поэтому принятие в очень широком смысле слова, что человек смертен – это очень сложная категория. Животные не принимают собственной смерти , потому что для них этот феномен вообще не знаком. У животных есть только страх боли и избегания этой боли. Поэтому мы, люди, существа с абстрактным мышлением, заложники часто своих абстракций. Но здесь есть ответы.

Если мы находимся на таком уровне когнитивной сложности, когда мы можем создать себе угрозу, то мы можем и развенчать эту иллюзию. Поэтому, вопрос: пользуемся ли мы этим аппаратом с помощью которого мы и создаём себе эти угрозы?

Поэтому очень многие люди по-разному решают эту проблему. Например, люди верующие через концепт религии видят другой выход, третье решение, что есть не только жизнь и смерть , есть жизнь после смерти.

Речь не идёт о том, что это правильный и неправильный подход. Это пример того, что человек может избавиться от этого страха за счёт собственного мышления, за счёт собственных представлений. Или создавать везде себе угрозу или видеть продолжение в чём-то другом.

Поэтому каждый сам выбирает, во что верить, каждый сам выбирает свои концепты, путь по которому идёт. И страх –это тоже выбор. И важно, что бы было осознание, что инстинкт самосохранения не призывает вас к страху, он призывает только к бдительности, к вниманию, к качественному использованию ресурсов. А страх –это творчество! Это как писатель, пишущий фантастические романы, фильмы ужасов, Как, например, Стивен Кинг. Его романы и фильмы, снятые на их основе. Это пример, того, что можно бесконечно нагнетать и есть множество форм, которые мы создаём, и мы можем их замечать, осознавать и менять.

Поэтому проблема не в том, что у нас в геноме прописан такой инстинкт, как страх смерти, а проблема в том, что мы дёргаем его за хвост 99,9% напрасно. Вот с этим и надо работать, с лишним дёрганьем за хвост базового инстинкта, которым является страх смерти.

Да, есть объективные ситуации, которые требуют от нас мобилизации, и это нормально и естественный наш рефлекс. Это полезно для нас, потому что это мобилизует нас и даже развивает. А есть иллюзии, которыми мы себя кормим, вот от них-то и предстоит отказываться.

Источник

Танатотерапевт и психолог объясняют, как научиться не бояться смерти The Village узнал, что такое теория управления ужасом, почему нужно учиться умирать и как сформировать позитивное отношение к смерти

Страх исчезнуть без следа терзает людей много тысяч лет. Каждый из нас хоть раз задумывался о том, какая эпитафия будет написана на могильной плите, и о том, что хорошего вспомнят друзья на поминках. Задумывался — и пугался собственных мыслей. The Village продолжает неделю смерти и возрождения. Для этого материала мы поговорили с психологом и танатотерапевтом о том, как пережить потерю близких и перестать бояться смерти.

12. Танатотерапевт и психолог объясняют, как научиться не бояться смерти

Елена Станковская

В социальной психологии конфликт между желанием жить и осознанием смерти изучает теория управления ужасом (Terror management theory). Её создатели отталкивались от того, что именно он выступает главной движущей силой в жизни: человек, как любое живое существо, хочет жить, но осознаёт, что когда-нибудь умрёт. Ужас перед смертью — то, что пронизывает всю нашу жизнь и создаёт напряжение. Достаточно совсем маленького напоминания о смерти для того, чтобы человек начал испытывать сильную тревогу и пытаться совладать с этим страхом.

Один из способов совладания — человек, которому напомнили о смерти, становится более патриотичным. Он ищет опору, хочет чувствовать себя сопричастным чему-то большому и сильному (своей стране, например) и думать о том, что как часть большой общности он бессмертен. Проводились такие эксперименты: одной группе испытуемых показывали нейтральные короткие фильмы, а другой — содержащие упоминание о смерти, а затем давали статью о стране с пропусками прилагательных. Те, кому напомнили о смертности, использовали больше положительных эпитетов: «хороший президент», «прекрасная страна» и так далее.

То, что мы видим в кино, в новостях, напоминает нам о смертности, но куда сильнее наши переживания становятся, когда мы теряем близкого. Получается двойная нагрузка: страх и боль утраты, если близкий болен, и столкновение с тем, что я тоже не вечен.

Идея смерти побуждает нас
к жизни, заставляет делать что-то,
в чём мы продолжимся: писать научные статьи, заводить семью

С точки зрения одного из направлений психотерапии, экзистенциального анализа и логотерапии, страх смерти невозможно побороть. Задача взрослого человека — принять тот факт, что он в какой-то момент умрёт. Ядро всех страхов и тревог — страх небытия, глобальной немощности. Он усиливается, если у человека нет ощущения исполненности, нет переживания «моя жизнь удалась, всё было не зря», — тогда может начаться активный поиск себя. Смерть уничтожает нас физически, но идея смерти побуждает нас к жизни, напоминает нам другой экзистенциальный психотерапевт, Ирвин Ялом. Заставляет делать что-то, в чём мы продолжимся: писать научные статьи, заводить семью и так далее; обостряет восприятие ценности настоящего момента и необходимости действовать.

Когда человек переживает уход близких, смерть из далёкой идеи превращается в попутчика. Одновременно с горечью утраты смерть близкого несёт с собой взросление. В такие тяжёлые моменты особенно важно растождествиться с умершим человеком: осознать, напомнить себе, что это он ушёл, не я. Найти какие-то опоры. Кто-то испытывает гнев и возмущение, когда видит, что мир вокруг не изменился, земля не разверзлась, солнце светит как прежде и птички поют, а кого-то это, наоборот, успокаивает. Важно искать опору в самых повседневных вещах. В трудные минуты помогает внимание друзей и родственников, но ненавязчивое и деликатное. Походы в кино, на каток, путешествие — призывы радоваться жизни могут сделать хуже, такая активность подтачивает силы, а человек и так расходует много сил, горюя. В такие тяжёлые дни особенно важно отдыхать, делать паузы. Прилечь на диван, полежать час в тишине, концентрируясь на ощущениях: вот диван, я на нём лежу, мир вокруг не рушится, всё идёт своим чередом. Хорошо помогают дыхательные практики, например глубокое дыхание, которое используют, например, при лечении панических атак. Глубокое дыхание успокаивает тревогу. Определённо нужно поплакать. Непрожитое горе чревато депрессиями. Задача горя — установить новые отношения с утраченной ценностью, новые отношения с жизнью. Алкоголь мешает переживанию горя, хотя создаёт разгрузки, окна отдыха и покоя. Кажется, что человек выключает себя и выпадает из ада, впадает в забвение. Но алкоголь не способен укрепить нас и помочь понять, как быть дальше.

Владимир Баскаков

Танатотерапия — это практическая область оказания помощи. В чём? В контакте живущих с процессами смерти и умирания. Вы спросите: зачем? Каждый знает, что умрёт.
Но в том-то и дело: зная об этом, человек всё равно не верит. И живёт, как в известном фильме «Тот самый Мюнхгаузен», как будто жизнь будет длиться целую вечность. Что хорошего в осознавании собственной смертности? Как минимум, это даёт большую наполненность жизни.

Попробуйте голой рукой взять горячую сковородку. Что произойдёт? Вы отдёрните руку! Вот так мы разрываем контакт с реальностью смерти: cлишком сильные чувства, слишком горячо. Лучше не трогать: слишком отталкивающе. Как не бояться смерти? Во-первых, относиться к этой реальности с исключительным интересом. И тут есть чему удивляться. Во-вторых, различать физиологию страха смерти (она вся позитивна и нацелена на сохранение вас и человека как вида) и психологию страха смерти, с которой, конечно, надо работать. И, опять же, лучше это делать со специалистом-психологом, танатотерапевтом.

Надо разобраться с теми,
кто психологически не боится смерти. Это дети, влюблённые и воины

Физиология страха смерти опирается на животные реакции: бегство — схватка (активность) или замирание (пассивность). Человеческое тело часто в таких ситуациях поступает афизиологично: подкашиваются колени, случается и расстройство желудка (феномен бойца перед боем), теряется чувствительность, сбивается дыхание. Поэтому важно уже на уровне перечисленных телесных процессов поддерживать человека. Чтобы разобраться с психологией страха смерти, вначале надо разобраться с теми, кто психологически не боится смерти. Таких — три категории (вспомните тех, кто в «Египетских ночах» Пушкина пошёл спать с Клеопатрой). Это дети («станьте как дети»), влюблённые и так называемые воины. В русской традиции смерть означает « с мерой». В основе их отсутствия страха смерти и лежит эта загадочная « мера». Смерть — в переходе,
в зазоре между полярностями. У детей это отсутствие зазора между ними и миром, в который они включены. У влюблённых — между влюблёнными.
У воинов — между жизнью и смертью, когда максимальной жизненностью наполнен и акт умирания. Такими же символическими видами смерти
(«с мерой») для нас являются полное расслабление (в противовес напряжению), сон (против бодрствования), оргазм (потеря контроля) и ещё несколько.

Источник

Как перестать бояться смерти?

Страх- вполне нормальный эмоциональный процесс, когда есть реальная опасность. В таком случае страх предупреждает и помогает нам избежать ненужного риска. Эмоция страха возникает мгновенно, на резкое изменение обстановки вокруг- резкое неожиданное движение или звук или внезапная вспышка света. И сразу возникает мгновенная реакция организма, позволяющая быстро собраться и произвести нужные действия чтобы спастись. Но это то, что касается эмоции страха, потом после того как опасность миновала мы осознаём произошедшее и остаётся воспоминание этого события, которое не хочется повторить. И это уже опыт, который препятствует нашей свободе, успеху и процветанию.

И поэтому с возрастом такого опыта становиться всё больше, он возникает не только из собственной жизни, но из фильмов, газет, рассказов, и чем больше информации и эмоциональных переживаний, тем больше человек себя ограничивает.

С таким воображаемым страхом нужно бороться.

1. Нужно осознать свой страх. Чего вы боитесь, в какую ситуацию вы избегаете попасть. Например, вы боитесь, что в к вам в дом проникнут воры, поэтому вы никогда не выходите из дома. И это мешает вам бывать на свежем воздухе.

2. Понять, есть ли реальная возможность повторения страшной ситуации. Например, подумать насколько реально, что то что к вам проникнут воры, если у вас нет сверх сокровищ?

3. Предпринять меры безопасности. Но если у вас есть много ценных вещей, которыми вы очень дорожите, то нужно уходя закрывать дверь на ключ.

Это простой пример, но есть много не осознаваемых страхов, которые мешают нам жить и чувствовать себя любимыми и нужными в этом мире.

Один из самых распространённых — это страх смерти. Он присущ всем людям, но только одни приняли неизбежность смерти, а другие просто отодвигают от себя эту мысль, предпочитая не думать о смерти.

Страх смерти часто нами не осознаётся и проявляется в самых разных фобиях. Жизнь- это драгоценный дар, и чтобы его сохранить, нам дан страх смерти. очень помогает не боятся смерти- вера в то, что смерть, лишь завершение некоторого этапа жизни.

Человеку, который не верит в Бога, труднее преодолеть страх смерти.

Одной из причин страха смероти, является неизвестность. Никто не знает, что тебя ожидает там, когда придёт время покинуть своё тело и этот мир.

Полностью избавиться от страха смерти нельзя, он нам дан для защиты жизни, но можно сделать его не таким болезненным и препятствующим вашей свободе. Способ- жить активной жизнью, служить людям и сделать что-то действительно значимое для себя, для других людей. Быть увлечённым своим делом, жить своей целью.

Для того чтобы победить страх смерти, можно проанализировать свою жизнь, определить кем вы являетесь и для чего пришли в этот мир.

Пройдите следующий тест «Подвержены ли вы страху смерти?»

Источник

«Я боюсь, что меня забудут»: как справляются со страхом смерти патологоанатом, хирург и священник

Большинство людей переживают экзистенциальные кризисы: в детстве, когда понимают, что родители смертны; когда сталкиваются со смертью родственников; когда проходят через переломные моменты — средний возраст или окончание вуза. Каждый рано или поздно задумывается о том, что жизнь конечна. А что происходит с теми, кто вынужден постоянно вспоминать о смерти из-за своей профессии — живут ли они в ужасе или давно «познали дзен»? Поговорили о страхе смерти с патологоанатомом, священником, студенткой психологического факультета, хирургом, сотрудницей службы доверия и преподавателем.

Глеб, 26 лет

патологоанатом

Смерть — это неизбежный процесс, мы все смертны, это окончание нашего жизненного пути. Когда я задумываюсь о своей смерти, понимаю, сколько я еще не успел. Меня пугает, что я не понимаю, когда это случится и при каких обстоятельствах. Думаю, надо больше наслаждаться и поменьше думать о каких-то онтологических аспектах нашей жизни. А тот факт, что я так часто с ней сталкиваюсь, я воспринимаю просто как часть работы.

Когда я узнаю о смерти знакомого человека, я чувствую скорбь, печаль, думаю, что не успел что-то ему сказать. Появляется желание позвонить близким, работа сразу уходит на второй план. Когда из жизни кто-то уходит, хочется провести с оставшимися родными побольше времени. Это сложно сделать с современным ритмом жизни, особенно людям, которые живут в больших городах.

Когда я начинал работать в онкоцентре, я почти всё время был в шоковом состоянии: огромный объем материала, да и психологически тяжело, всё-таки те заключения, которые мы выдаем людям, далеко не радостные.

Сейчас идет третий год, как я там работаю, и уже получается проводить грань между работой и всем остальным. Да, тяжело, да, смерть, но я научился вовремя абстрагироваться и относиться к этому как к работе.

На самом деле патологоанатомы меньше подвержены стрессу, связанному со смертью, ведь пациенты поступают к нам уже мертвыми. Врачам в этом плане тяжелее: они могут вечером общаться с человеком, а утром его уже нет. Сложнее проживать такие моменты, потому что врач вел пациента, вкладывался в него, надеялся на выздоровление. Мы же работаем уже с мертвыми, поэтому проживаем это легче.

Чтобы отвлечься от всего, что я вижу на работе, я переключаюсь на немедицину. Готовлю ужин или рисую, например. Мне нравится что-то создавать, отключаться от работы, иногда я забываю о каком-то негативе.

В смерти я боюсь незавершенности. Когда ты умираешь, хочется оставить какой-то хороший след, память. Момент недосказанности касается любого дела, не только личных отношений. Для меня самое страшное — не оставить после себя ничего. Я боюсь, что меня забудут.

Кирилл, 45 лет

священник

Я работаю со смертью не в том формате, как, например, в морге. Моя работа — проводить душу человека в вечный мир. Религиозный аспект смерти в моей работе смягчает ужас, который, как я думаю, многие чувствуют.

Когда я общаюсь с умирающими людьми, я часто встречаю реакцию отрицания или гнева: людям сложно, что они умрут, а остальные будут жить, что это так несправедливо. У меня нет опыта умирания, я не знаю, когда конкретно умру, а у них про себя такая информация есть, и это тяжело.

Когда я думаю о своей смерти, чувства принятия, умиротворения и любопытства мне ближе всего. Но всё же есть элементы тоски из-за потери любимых людей.

Когда я узнаю о смерти кого-то, приходится так или иначе перестраивать свою картину мира. Для меня люди — ее точки опоры, точки самоидентификации. Я бы не назвал это потрясением, но на то, чтобы принять, что мир изменился, нужно время. Мне бывает и любопытно, и иногда немного радостно, потому что они перешли в лучший, вечный мир.

Мои родители живы, но был момент, когда отец был тяжело болен и мы все готовились к его уходу. Было горько смотреть на его мучения, не хотелось, чтобы он уходил, но в то же время я воспринимал его смерть как освобождение для него. В общем, я испытываю смешанные, обычные человеческие чувства.

В смерти я боюсь боли. Когда я прихожу в какой-нибудь онкоцентр, говорю с людьми, у которых нет шанса на выздоровление, вижу, как они страдают и при этом находятся в сознании. При виде страдающих людей я в любом случае переношу это на себя и чувствую боль. Мне проще представлять свою смерть естественной, безболезненной.

Меня страх смерти беспокоит не так сильно, чтобы приходилось как-то от него отвлекаться. Он сам проходит в течение дня, и я живу так, как жил раньше. Знаю, что многих это пугает настолько, что они обращаются к психологам или находят себе занятия, чтобы прогнать тревожные мысли, но у меня не так.

Читайте также

Полина, 22 года

студентка-психологиня

В хорошее время я думаю про смерть почти каждый день. Сейчас осень — для меня это довольно тяжелый период, и сил на мысли о смерти нет. Я думаю, это довольно несправедливо: что нам дана только одна жизнь, что невозможно всё попробовать и изучить, что у нас слишком много ограничений. С другой стороны, смерть — естественный конец, завершение, без смерти в жизни не было бы смысла, но это не отменяет того, что она адски меня пугает. Мне важно про нее помнить, потому что сейчас я жива и у меня есть возможность проживать свою историю.

Когда думаю о своей смерти, чувствую ужас, отчаяние, тревогу, оцепенение, горечь… Можете взять все оттенки страха и перечислить — вот то, что я чувствую. Если умирает кто-то не сильно значимый, то я не чувствую ничего. Я не проживаю его смерть, могу и забыть, что он умер. А вот со смертью близких мне справиться сложнее даже по меркам горевания. Например, маму я до сих пор не оплакала, потому что переживания слишком непереносимые, хотя она умерла девять лет назад. Но тут проблема глубже, тут нужна психотерапия на два-три года.

В смерти я боюсь бессилия, если коротко. Что я не могу отменить смерть, не знаю, когда она случится, не могу представить, каково это — не быть. Я боюсь, что меня забудут, боюсь не сделать чего-то значимого. Но больше этого я боюсь одиночества, изоляции. Смерть — это одиночество в чистом виде, там нет любви, нет необходимости про что-то думать, нет возможности чувствовать. Я боюсь, что станет с моим телом, как оно будет без меня. Боюсь, что смерть будет болезненная и я не смогу что-то сделать в завершение.

Этот страх всегда проявляет себя по-разному, так что и регулирую я его по-разному.

Если у меня есть силы, то радуюсь, что я молодая и жива. Если сил нет, то говорю с друзьями и прошу поддержки. Если сил нет совсем, то страдаю, пока не надоест.

Еще помогает переключаться на какие-то повседневные дела: сделать работу по учебе, дописать статью, убраться. Еще скроллить ленту в инсте — это вообще прекрасный способ, там забываешь не только про смерть, но и про всё совсем.

Анна, 29 лет

сотрудница службы детского телефона доверия

Я о смерти думаю в основном в профессиональном плане, когда получаю запрос на проработку этой темы. Работа с ней не приносит в мою жизнь больше переживаний по этому поводу, смерть в любом случае неизбежна.

Это важный этап в жизни: как правило, ее не ожидаешь, к ней невозможно подготовиться, даже если ты знаешь о ней заранее. Нормальное проживание чьей-то смерти дает человеку новый этап понимания себя, окружающего мира и принятия собственной смертности.

Я принимаю ее, я знаю, что не готова, но если будет необходимость подготовиться, я постараюсь сделать это максимально продуктивно. Я знаю, какие в норме этапы должен пройти человек, чтобы это принять. Один из них — отрицание, и даже если я психолог, это не значит, что я этот этап пропущу. Возможно, я быстрее замечу свою реакцию и смогу ее как-то проработать. Но опять же гарантий, что так будет, нет, потому что так близко со смертью я сталкивалась только в работе. Когда я узнаю о смерти знакомых, это, как правило, не шокирует меня, но я сразу задаюсь вопросом, что могу сделать для их близких.

Мне не хотелось бы умирать болезненно, в пожаре, например. Но какого-то сковывающего страха нет. Всегда кажется, что эта тема очень далекая, поэтому я не чувствую оцепенения. Я не воспринимаю смерть реальной, потому что всегда это было где-то рядом и про кого угодно, кроме меня. Есть четкое разделение личной и профессиональной жизни; смерть, суициды, насилие — всё это для меня рабочие темы, и я их проживаю ровно так, чтобы это было продуктивно.

А., 35 лет

преподаватель

В последний раз я думал о смерти, когда я прочел эту статью о страхе перед ней на «Ноже». Я тогда понял, что самой смерти, в общем-то, и не боюсь. Боюсь, что будет больно, боюсь умереть, когда и не жил, когда не состоялось что-то, что должно состояться. А когда я на коне и я счастлив, иногда думаю, что вот сейчас можно было бы и умереть: это было бы каким-то облегчением, потому что вся дальнейшая жизнь — уже не мои проблемы. В последний раз, когда я думал о смерти, страх распался на страх боли и неудачи. Я много думаю, что жизнь одна и она конечна, но о самой смерти думаю нечасто.

Когда умирают знакомые или известные люди, я чувствую всегда разное. Когда Маркес умер [Писатель Габриэль Гарсия Маркес умер в 2014 году. Ему было 88 лет.], я подумал, что он живой, что смерти нет, я почувствовал такую радость! Когда недавно умерла сестра моей подруги, мне было жаль подругу.

Я боюсь незавершенности. У меня есть установка на то, чтобы кем-то стать, и умереть раньше вообще не хочется. Я иногда думаю: может, это ненормально? Может, надо как-то по-настоящему бояться умереть?

Жизнь — это очень круто. Мне нравится чувство осмысленной борьбы за что-то, а с другой стороны, может, я незаметно зауживаю свою жизнь? Она разная и большая, а когда у тебя очень четкий азимут на то, чтобы кем-то стать, ты мимо многого проходишь.

Если меня настигает страх смерти, когда всё плохо, не хватает сил, каких-то качеств, то отвлечься сложно. Я страдаю, потом мне надоедает страдать, и я отвлекаюсь повседневностью. Можно отвлекаться творчеством, потому что в нем много элементов простой крестьянской работы.

Может быть интересно

Алексей, 35 лет

хирург

О своей смерти я даже не пытаюсь задумываться. Я точно знаю, что однажды помру, осталось только выбрать декорации. Чем позже это случится, тем лучше, конечно, желательно только не впасть в маразм. Хотелось бы умереть осознанно и подготовленно, с чувством выполненного долга.

Как часто я об этом думаю? Практически никогда, хотя чужую смерть я вижу ежедневно. Есть люди, к здоровью которых я приложил руку и которые всё равно умирают, но это констатация факта. Есть драматичные смерти, когда старался, всё должно было получиться, но не получилось. Есть смерти недраматичные, когда бабуля 94 лет приезжает и умирает от онкологии. Есть смерти противные, когда бабулю лет 85 оставляют и уезжают. Но это не к смерти вопрос, конечно, а к родственникам. О такой смерти задумываюсь, пока работаю, а потом стараюсь отстраняться. В начале работы были переживания, но у меня психика хорошо подстраивается, я не чувствую животного ужаса.

Была ситуация, когда мой отец пытался умереть в машине, и я его вез в реанимацию. Это был откровенный ****** [кошмар], но ножки не немели и паники не было. Был ужас надвигающегося события, но руки от этого не опускались. Первая пара смертей, которые я видел, были шокирующими, но потом я научился от этого отстраняться. Когда умирают знакомые, мне чаще всё равно, хотя это и зависит от того, какие знакомые. Если кто-то значимый, то это, конечно, портит мне настроение, но он уже умер, история закончилась.

Понятно, что я ее боюсь. Только что я был, и бах — меня уже нет. Я мог бы задвинуть, что умирать это легко, но зачем? Моя жизнь с каждым днем становится лучше и лучше, мне интересно жить, и я боюсь, что однажды это прекратится.

Я боюсь беспомощности и боли. Боль — то, что сводит с ума умирающих людей. Вот этого я видел очень много, они страдают.

Как я справляюсь с этим страхом? Закончил думать про это, и всё. Когда страшно, я погружаюсь в повседневность, и бояться уже не хочется. А сидеть думать, что можно как-то избежать смерти, бросить курить, пить, начать бегать по утрам — да прекратите, люди умирают и в расцвете сил, и в 90 лет с одинаковой частотой. Я очень легко от этого всего отвлекаюсь. У меня на счету 126 умерших пациентов за 16 лет работы, с каждым я сделал всё, что мог, но если бы я каждого помнил и из-за каждого переживал, я бы уже давно поехал крышей.

Источник