Я больше не хочу работать, никогда и ни над чем. Но из меня научились выжимать результаты
Дерьмовое утро удалёнщика всегда начинается одинаково. Если детский плач не смог вытащить меня из кровати, то нытье жены сделает это с гарантией. Сумасшедшие девять утра, через час дейли-синк-ап, а за вчера, как всегда, сделано нихрена. Быстро варю кофе и за комп. За пять минут до созвона пулл реквест с кодом энтерпрайзного качества увесисто встал в очередь на билд. Иду курить, но по дороге телефон заорал — я зачем-то установил на него скайп, и теперь работа может добраться до меня где угодно. Курение откладывается, я готовлюсь возмущаться, что мне позвонили раньше положенного. Напялил наушники, принял вызов. Вместо привычной девушки менеджера созвон начал какой-то незнакомый мне чел. «Всем привет, Аня заболела, я буду её замещать». Окей, кому какое дело, с таким же успехом они могли бы прислать нам в качестве менеджера собаку — ничего бы не изменилось.
Парень быстро меня переубедил:
— А что, у вас нет практики использовать вебки на дейликах?
— Нет, а нахер они нужны?
— Бла-бла-бла, исследование, бла-бла, использование вебок повышает производительность команд
— Ээ, где тут может быть связь?
— Бла-бла-бла, успех, преодолевание, командная работа, миллионы возможностей, бла, Бла.
Под кучей слов всегда спрятаны очень простые вещи, которые никто никогда не говорит напрямую. В идеале он должен сказать: «Без вебки я не верю, что вы меня слушаете». А я должен ответить «Я и не собираюсь тебя слушать, но буду и дальше это скрывать». А если копнуть глубже, то разговор совсем простой:
— Не хочу работать.
— Надо.
Я годами пишу код каждый день и отлично знаю, что если мне не хочется над чем-то работать — получится и медленно, и плохо. Бизнес, с которым я имел дело, вводит KPI, и они показывают, что я часто работаю не очень-то хорошо. Бизнесу это не нравится, он начинает требовать улучшения показателей. Требовать с меня, с лида, с менеджера, и с менеджера менеджера тоже.
Вот тут каждый из нас начинает вносить свой вклад в улучшение показателей. Главный менеджер вводит, например, вебки на синкапах. Обычный менеджер заставляет нас точнее эстимировать таски, из-за чего мы перестаём думать о том, как надо решать проблему — мы думаем, за какое время точно сможем назвать тикет выполненным. Лид дробит задачи на более маленькие. А я вместо того, чтобы писать системный, устойчивый код просто пуляю мелкие, тупые фиксы, которые закрывают тикеты. KPI улучшается, бизнес записывает все эти шаги в блокнотик, вешает его у входа в головной офис, нанимает хранителя блокнотика и подчиняет всю разработку этому артефакту.
Так рождаются цифры, которыми они потом мне же и доказывают — ритуалы работают. А я в этот момент мысленно благодарю всех богов, что не пишу медицинский софт. Кусочки говна, которые я называю своим вкладом в проект, когда-нибудь, очень скоро, дадут сбой. Где-то какой-то бизнес потеряет какие-то деньги, кого-то уволят, кто-то принесёт своему боссу новые цифры, которые докажут, что у них неправильно работает отдел тестирования, и они притащат свои ритуалы и туда тоже. Но никто не умрёт, я получу свои деньги, и украшу резюме кейскилом Agile.
Эта корпоративная практика только жрёт бюджет, перерабатывая его в лживые отчёты, которые показывают, насколько эта практика всё улучшила и ускорила. На основании этих отчётов руководство даёт эджайлу больше бюджета, и эджайл даёт ещё больше отчётов. Но у этой системы нет оптимизации хвостовой рекурсии, место в стеке кончится, фирма разорится, менеджеры расскажут про падения, которые нужны, чтобы приобретать новый опыт, и пойдут хоронить следующую компанию.
И я их понимаю. Мы живем в мире, где человеческая жизнь, типа, главная ценность, но человеческие желания ничего не стоят. Мало ли чего ты хочешь — тебе заплатили, работай. Просто способы бизнеса влиять на сотрудников эволюционировали. Вместо наказаний они стали взламывать наше нежелание работать и выжимать из нас как из апельсинчиков результаты вопреки нашей воле.
Меня много раз поощряли, давали премии, повышали ЗП, просто хвалили. Но это всегда происходило после того, как я закрывал тикет раньше эстимейта, или хлопал сразу несколько задач одним ПРом. То есть, мне говорили, что довольны моей работой только тогда, когда я давал им скорость.
Такой дикий акцент на скорости в ущерб качеству — не стратегия, а стечение обстоятельств. Потому что скорость, в отличие от качества, можно посчитать не напрягая мозги. Их дурацкие бизнес вэлью — только то, что может разглядеть проджект менеджер. В итоге ты оказываешься перед выбором: или ты говнодел, или хреновый работник. Да, у кого-то находятся силы всех вокруг убеждать, гнуть свою линию, но точно не у большинства из нас.
Нас никогда не нанимают как говноделов, и нас не учат быть тикет-конвейерами. Но ты начинаешь работать, и тебе молча намекают «давай-ка ты, Фил, делай побыстрее, с минимально возможным качеством, ну чтоб оно вот прям сегодня не развалилось».
Иногда эта система даёт сбой, я пишу хороший код, и этого никто не замечает — скажи спасибо, что не вломили за просранный эстимейт. Потом я прихожу на собеседование, меня просят рассказать про случаи, где я собой горжусь. Я пересказываю те самые моменты, когда я сделал что-то хорошо, забивая на аджайл и менеджеров. И мне говорят: «Круто. Такие люди нам и нужны». Но через два дня пишут в слак: «Я не понял, ты уже два дня потратил на задачу, которая у нас, вообще-то, делается за 20 минут. Нам нужно созвониться и обсудить твой прогресс».
Я устал объяснять всем вокруг, что есть таски, которые не стоит декомпозировать, что «временное» решение сейчас породит сотню таких же в будущем, и они в свою очередь породят ещё больше костылей… Каждое такое изменение в говнопроекте ухудшает его ещё больше, независимо от качества человека, который его внёс. Для меня это прописные истины, для бизнеса я опасный дурак, который спорит с его цифрами.
Да, я могу всю жизнь делать какую-то хрень, а могу строить важные штуки, или даже встать у истоков великого проекта, как какой-нибудь Столман или Торвальдс, чтобы потом успешные успехи вышвырнули меня из него, потому что я старый токсичный мудак, который портит им комьюнити. Проблема в том, что всё это не имеет значения. Придурки без видения, которые рано или поздно начинают определять любой важный процесс, всё испортят.
Успешные успехи умудряются превратить в безликую, мерзкую попсу всё что угодно. Они просекли, что программистам нравится разрабатывать, и придумали понятие «Драйвит». Они придумали, как отличать тех кого «драйвит» от тех, кого «не драйвит». Создали сотни паттернов для того, чтобы запихать любую стоящую идею в блестящую пластмассовую коробочку, и сделать её максимально обычной. Отняли всякую уникальность у всего, чем я бы хотел заниматься.
Они так сделали, потому что в этом вся их успешноуспешная сущность — в них нет уникальности, и они выпиливают её везде, где смогут увидеть, потому что ненавидят и боятся. В итоге мне предложена индустрия, творческая по своей сути, в которой на уникальность нет опций. Всё очень просто — ты, Фил, винтик в механизме. Не хочешь им быть? Отлично. Это наш любимый вид винтиков. Вот тебе куча денег, привыкай к ним, чтобы ты и не подумал уйти от нас, и попробовать что-то делать самостоятельно. Вот тебе печенье, крутой офис, удалёнка, комьюнити, конфы-тусовки, шикарный кофе, уважение, возможность ничерта не делать на работе, всё что хочешь — только не вздумай говорить, что наш мир ненастоящий.
На мою мотивацию делать работу хорошо не влияют деньги, тимбилдинги, корпоративный дух или цели компании. Я работаю ради инженерной самореализации — такого чувства, когда заходишь в свой пулл реквест, и думаешь «чёрт, это охренительно сделано». Когда каждый твой коммит улучшает кодовую базу проекта, и тысячи твоих задумок слаженно работают с тысячами задумок твоих коллег, образуя связную систему. Это настоящая магия, и, если честно, такое у меня случается очень, очень редко.
Про большую часть своих «вкладов» я бы предпочёл забыть. Тикет в резолвед, бабки на карту, ещё одна неделя жизни прожита только для того, чтобы я смог её прожить. И я оказался ещё одним «тупицей, что работал над проектом до. ».
Успешные успехи, и прочий биомусор, от которого зависит моё благополучие, ушли бомбить и досюда не дочитают. Поэтому можно начинать говорить о действительно важных вещах.
Штука в том, что я понял — я не хочу работать. В смысле, совсем. Не просто «хочу отдохнуть» или «надо придумать, как стать продуктивным» или «найти дело, которое мне по душе». Я не хочу работать вообще, абсолютно, никогда и не над чем.
Даже если представить, что попаду в идеальную компанию или открою ее сам — проблема не исчезнет. Искусственной мотивации не хватает, чтобы это изменить. И я бы очень хотел хотеть работать всё время. Но я этим не управляю. В итоге я себя заставляю.
Мы так устроены, что когда день за днём встречаем нерешаемую проблему, то придумываем систему ценностей, в которой эта проблема не существует. Вот я начинаю себе врать, что если я не пишу код и не сижу за компом, это не значит, что я не работаю — я типа думаю о задаче. И если я не готов прямо сейчас писать код, значит у меня ещё нет видения, и писать код пока не надо. Это, конечно, жесткий самообман.
Компании учитывают факт, что люди не хотят работать пять дней в неделю по восемь часов без перерывов, и борются с этим. С помощью денег, ценностей, и других корпоративных инструментов. Это только ухудшает ситуацию. Я работал, сколько мог, ко мне приходят и говорят — теперь мы платим тебе больше, но и работать ты должен больше. А я не могу. Но я себе в этом не признаюсь, выгода это выгода, и я соглашаюсь. И начинаю работать больше, больше и хуже. От этого я становлюсь несчастным, начинаю ненавидеть профессию и корпорации. А потом они приходят и просят работать ещё больше. И я опять соглашаюсь.
Из этого замкнутого круга не выбраться. Я уже не могу себе позволить прожить даже один месяц, не получая хотя бы двести штук. Я не могу делать что-то параллельно. Даже если целый день я нихрена не делаю по работе, совесть не позволяет мне работать над чем-то своим. А самое главное, я уже начинаю верить, что, сука, именно так оно и должно быть. Мои слова на митингах, когда я копирую баранов проджект-менеджеров, гомерически хохоча про себя, потихоньку перестают быть иронией. Я так долго притворялся успешным успехом, что потихоньку становлюсь одним из них.
Это ужасно, но только это меня спасает. Знаете, как философы предложили решить дилемму Сизифа — «сдохнуть прямо сейчас или прожить бессмысленную жизнь, полную страданий, и все равно сдохнуть»? Они сказали — «стань успешным успехом и толкай камень с улыбкой на лице».
Так что, пацаны, улыбаемся и толкаем.
Теперь вместе с arttom я веду подкаст «Мы обречены». Там все как в статьях — максимально напрямую о разработке, индустрии, бабле, собесах.
Источник
«Сгорел на работе»: что делать, если «села батарейка» и нет сил работать, а надо. 7 полезных советов от психолога
— Алло, Александр Петрович, я по поводу счет-фактуры. Ой, одну минуточку, у меня вторая линия.
— Да? Как заказ не пришел? Его же еще позавчера вам отвезли.
Открывается дверь кабинета:
— Маш, ты занята? Генеральный просит зайти.
В эту же секунду блямкает смс: «Машунь, сегодня задержусь на работе, забери ребенка из сада сама».
На экране монитора всплывает уведомление о трех новых письмах. Через минуту телефон противным писком напоминает о двух важных встречах, назначенных на сегодня.
«Ааааааааааааааааааааааааааааа. Я больше не могу! Господи, еще немного и я сойду с ума. «
Приветствую, друзья!
Мы живем в очень быстром мире. Наша жизнь зачастую имеет просто космические темпы. Естественно, что в этом случае стресс стрессом погоняет — мы просто не успеваем восстанавливаться. Неудивительно, что в какой-то момент мы обнаруживаем себя совсем без сил и желания что-либо делать. Но надо работать. А как, если при одной только мысли об этом возникает непомерная тяжесть и тошнота?
По многочисленным заявкам телезрителей читателей, пишу про эмоциональное выгорание на работе. Поговорим о том, откуда берется это самое выгорание и что делать, если цитирую: «я больше тупо не могу и не хочу этим заниматься».
Природа и причины эмоционального выгорания
Для того, чтобы понять, что делать, для начала важно разобраться с механизмом. Понятие синдрома эмоционального выгорания в 1974 году ввел психиатр Герберт Фрейденбергер. Сейчас под ним понимается психологическая защита, которая формируется в ответ на стресс и заключается в полном или частичном отключении эмоций.
Основными признаками эмоционального выгорания являются: истощение, отсутствие сил, усталость, потеря радости жизни, уменьшение социальных контактов (или много отвращения и раздражения при общении), ощущение собственной несостоятельности.
Американские исследователи выделяют шесть важных параметров в любой профессиональной деятельности: загруженность работой, отношения в коллективе, контроль, ценности, вознаграждения, справедливость. Если в какой-то области (или нескольких) наши потребности не удовлетворяются, то это может привести к эмоциональному выгоранию.
Какие еще факторы могут способствовать выгоранию:
1. Отсутствие смысла. Если мы делаем работу, которая нас не наполняет, в которой не видим смысла, то рано или поздно столкнемся с выгоранием нос к носу. Меньше всего этому подвержены люди, у которых есть определенная миссия, ради которой они работают и живут.
2. Мотивация. Если наша мотивация завязана только на деньгах или других вознаграждениях, признании, то ее хватит не надолго. Через какое-то время мы начнем замечать усталость, а потом и раздражение от того, чем занимаемся. Если мы слишком долго что-то делаем без ощущения ценности этого и себя, без внутреннего согласия, то выгорание неизбежно.
3. Чрезмерные требования и ожидания от себя или руководства.
Если мы гиперответственны, имеем склонность к перфекционизму, то сами себя измотаем до изнеможения. Потому что нам важно видеть супер-мега-гипер-идеальный результат и никак иначе.
Или же другой вариант, когда руководство ставит для нас непосильные задачи или нереальные сроки. Это само по себе вызывает стресс. А если мы не справляемся с этими задачами, то самооценка снижается, стресс усиливается, напряжение растет, мы разочаровываемся в себе. Если такая ситуация продолжается длительное время, то можем сказать выгоранию «привет!»
4. Отсутствие или недостаточность положительной обратной связи.
К сожалению, часто мы сталкиваемся с авторитарным и директивным управлением в компаниях. Оно основано на страхе, контроле, наказании, различных ограничениях. В такой атмосфере выгореть проще простого. Потому что мы не получаем то, что дает нам силы и мотивацию: поддержку, уважение, благодарность.
Если обобщить, то эмоциональное выгорание наступает тогда, когда нарушается баланс «брать-давать». Мы долго и много вкладывались в свое дело, но не получили равнозначной или бОльшей отдачи.
Что делать
Если выгорание настигло, попробуйте следующее:
1. Признайте, что это произошло. И прекратите делать вид, что все ок, просто день сегодня такой. Не ок! Дело серьезное и игнорировать этот факт опасно.
2. Попробуйте понять, с чем конкретно связан синдром выгорания. Часто само по себе это дает большое облегчение и понимание, что делать дальше.
3. Устройте себе отдых. Как физический, так и моральный. Жизненно важно замедлиться и перезагрузиться. Смените обстановку, сделайте так, чтобы никто с работы вас не отвлекал. Научитесь расслабляться и сделайте это своей повседневной привычкой.
4. Разгрузите себя. Подумайте, что можно делегировать, от чего отказаться. Стоит проверить, не выполняете ли вы сверх своих обязанностей. Попробуйте чаще делать перерыв. Поставьте реалистичные цели.
5. Откажитесь от завышенных ожиданий и требований по отношению к себе. Помните, что вы не Супермэн и не Железный человек. Позвольте себе делать достаточно хорошо, так как вы можете в данный момент.
6. Измените содержание работы. Возможно в вашей работе есть конкретные вещи, от которых вы устали и которые вас раздражают. Здорово, если получится избавиться от них. Также хорошо добавить в свою деятельность что-то новое. Это придаст энергии. Ну, а если это невозможно, то поможет смена места работы.
7. Обратитесь к психологу. Со специалистом проще разобраться в причинах конкретно вашей ситуации, обнаружить ресурсы и способы изменения ситуации. Так что не пренебрегайте и такой возможностью 🙂
Друзья, а вы сталкивались с синдромом эмоционального выгорания? Как справлялись? Поделитесь, пожалуйста, в комментариях и давайте обсудим.
Источник