Офисный планктон не работает
Различие 1. Работа — это лишь способ для удовлетворения остальных потребностей, а не самоцель. Денис Гончаров рассказывает, что юные сотрудники спешат убежать с работы не домой на диван, а в спортзал, на мастер-класс, спектакль — в общем, на любое событие, им интересное и, как им кажется, способствующее саморазвитию. Да, так называемый офисный планктон тоже стремится к саморазвитию. Но, увы, не на работе. И это развитие с профессиональной деятельностью чаще всего никак не связано. Она лишь возможность получить деньги для воплощения всех остальных задумок.
С ним солидарен руководитель воронежского филиала компании Microsoft Александр Юрочкин. Старшее поколение офисных сотрудников привыкло просиживать свое рабочее время, не проявляя инициативы, однако работа для них была неотъемлемой частью жизни. Иными словами, они жили, чтобы работать. Постоянное место работы — показатель стабильности. И даже если ты лишь планктон, все равно есть ощущение, что ты приносишь какую-то пользу, занимаешься общественно значимым делом. Для Z все иначе. Они работают, чтобы жить. И они не будут задерживаться на работе по просьбе руководителя в ущерб личной жизни и тому, что им действительно интересно.
Различие 2. Несмотря на завышенные зарплатные ожидания, молодые сотрудники не готовы перерабатывать ради денег. Если предыдущие поколения стремились копить деньги, приобретать недвижимость, то сейчас эта тенденция заметно уменьшается. Молодые люди спокойнее относятся к аренде жилья и долгим кредитам, а доход готовы вкладывать в развлечения, образование и путешествия. Выбирая между местом с более свободным графиком, возможностью взять незапланированный отпуск, чтобы попутешествовать, и стабильным, более высоким доходом, они выберут первое. И не ждите, что за материальное вознаграждение они задержатся после 8-часового рабочего дня.
Различие 3. Поколение Z не мотивировано более высоким социальным статусом. Даже в рамках офисного планктона возможен небольшой карьерный рост. Хотя бы номинальный. И предыдущее поколение ценило эту возможность. Оно готово было оставаться на прежней заработной плате, но занимать более статусный пост. Сотрудники нового времени гораздо более прагматичны. Просто слова и названия для них уже не играют роли.
Различие 4. Индивидуальная, а не коллективная ответственность. Психолог Анна Меланьина отмечает, что новое поколение, родившееся в 90-е, имело возможность наблюдать, что в этом мире каждый сам за себя. И оно впитало эти принципы буквально с молоком матери. Офисный планктон переносит этот подход и на отношения в коллективе. «Желание сделать что-то за коллегу, помочь воспринимается ими не как ценность, а как психологическая патология», — рассказывает эксперт.
Поколение Z ценит комфорт. И это правильно
Был руководителем в нескольких банках и полностью не согласен с тем, что молодым профессионалам не важен социальный статус. Замечаю и амбиции молодежи. Хотя дело, мне кажется, в том, что в рамках одного поколения много разных типажей и не надо мерить всех по одному лекалу. Ценности могли измениться, но есть и неизменные. Положение в обществе как раз одна из таких.
Безусловно, нельзя списывать со счетов веяния времени. Если в советское время женщины стремились трудиться и зарабатывать наравне с мужчинами, то теперь вспоминают о своей традиционной роли, отказываясь от карьеры.
Когда говорят о завышенных требованиях молодежи, приводя в пример работу в комфортных условиях, остается недоумевать. Это же здорово, более того — важно и правильно, что комфорт становится ценностью и не задвигается в угол. Стесненные обстоятельства отвлекают, и человек не получает удовольствия от выполненных дел. Благоприятная рабочая обстановка — это увеличение производительности труда и здоровье сотрудников. С другой стороны, если не можете создать комфортные условия, назначьте большую заработную плату — и найдете работников. Ведь стимулировать людей можно по-разному.
Различие 5. Сотрудники четко знают свои права. Денис Гончаров приводит яркий пример: «Я открыл Трудовой кодекс спустя несколько лет после начала своей карьеры. Пообщавшись с теми, кто совсем недавно устроился, понимаю, что они знают его чуть ли не наизусть». Офисный планктон нового поколения хорошо знает свои права и готов работать сугубо в рамках должностных инструкций.
Различие 6. Быстрая переключаемость с одной задачи на другую. Несмотря на то что новое поколение не отличается высокой работоспособностью, оно легче переключается с одной задачи на другую. А иногда может эффективно выполнять и несколько одновременно. Этому немало способствовало взросление в эпоху бурного развития интернета, считает Анна Меланьина.
Источник
Зачем нужен офисный планктон?
Нет такого человека, который бы не слышал об офисном планктоне. Кто не способен ни на что, кроме перекладывания бумажек — идет работать в контору. Обычно там он занимается чем-то бессмысленным и бесполезным.
Но если это так, то зачем вообще экономике нужен офисный планктон?
Об интеллектуалах и грантоедах
На протяжении всего существования классового общества существовали группы людей, занимавшихся умственным трудом. Причем под умственным трудом здесь понимаются не только занятия науками и искусствами, но всякая деятельность, сопряженная с интеллектуальными усилиями. Например, древнеегипетские жрецы, объяснявшие, что фараон — сын бога, занимались интеллектуальной деятельностью, но вряд ли можно сказать, что их труд привел к хоть какому-нибудь улучшению жизни простых людей.
Жрецы в Древнем Египте выполняли социальный заказ тогдашнего правящего класса — государственных рабовладельцев, заключавшийся в объяснении и освящении воли угнетателей. Конечно, все эти объяснения носили мистический характер — но какое это имеет значение в мире, где практически никто не умеет читать и писать? Идеологические потомки тех жрецов существуют и в наше время.
Часть из них даже практически не поменяла методы воздействия на массы. Прописавшись в храмах, церквях и мечетях, современные жрецы продолжают свою деятельность по оболваниванию масс. Но сегодня это меньшая часть. Основная часть интеллектуалов (именно так называются описываемые люди) вовсе не ходит в длинных рясах, потрясая хоругвями. Они одеты в представительные и дорогие (на крайний случай — относительно дорогие) костюмы и говорят не о богах, а об экономике, политике, науке, искусстве и прочих вполне земных вещах. Вся проблема в том, что они также выполняют социальный заказ других людей.
Задумаемся на минутку о простой вещи, которая в современную эпоху чуть ли не абсолютизируется. Свободные независимые СМИ, предоставляющие альтернативные точки зрения, помогают сформировать человеку свое собственное мнение по каждому отдельному вопросу — звучит неплохо и вполне разумно. Но только на первый взгляд.
Проблемы начинаются, если мы начнем думать. Что такое свободные и независимые СМИ? От кого они независимы? Очевидно, от государства, которое навязывает свою позицию гражданам. Хорошо. Но эти СМИ зависимы от отдельных людей. Хотя бы от владельца, который через правильную (с его позиции) подачу материала может формировать взгляды читателей, слушателей и зрителей. Или от редактора. Или от журналиста.
Кстати, о журналистах. Не секрет, что очень многие представители эпистолярного жанра в популярных изданиях сидят на грантах. Их так и называют — грантоеды. В основном они отрабатывают (причем некоторые из них «за мелкий прайс») заказы своих иностранных хозяев. Наиболее известным таким заказчиком является Фонд Сороса, известный тем, что в начале 90-х наводнил страну новыми учебниками, прославляющими «открытое общество».
Примерно так выглядят свободные СМИ
Cхема, в общем-то, давно отработана. Заказчик через огромное количество нитей и денежных связей делает заказ, а сотрудник этот заказ выполняет.
Креаклы и творцы
Некоторые читатели здесь должны заметить, что офисный планктон все же не совсем подпадает под категорию интеллектуалов. Это верно. Однако, понимание этого не может быть достигнуто без понимания сущности интеллектуала.
Все дело в изменившемся способе производства. Если раньше не существовало возможности дать большинству или хотя бы значительной массе людей работу действительно творческую и интересную, то сегодня это стало объективной потребностью экономики. Массовое высшее образование стало реальностью. Оно теперь такая же обыденная вещь, как ранее — полное среднее образование.
Экономике нужны творцы, поскольку рутинные операции все чаще выполняют роботы.
Но вот незадача — несмотря на все образование, дипломы и прочие регалии, сознание абсолютно большинства оказалось более примитивным, чем даже раньше. Люди, имеющие дело с высокими технологиями, созданием принципиально новых объектов (мы сюда включаем как технарей — например, программистов, так и гуманитариев — например, журналистов) насквозь пропитаны самыми примитивными предрассудками. То, что, казалось бы, должно освобождать человека, ведет к его закабалению. В чем же дело?
Проблема в том, что, несмотря на все объективные возможности экономики, люди в офисах, офисный планктон, выполняют подчас абсолютно рутинные действия. Просто получают много. Такой человек обладает навыками, но не знаниями. Его учили как делать, но не дали в университетах ни системного мышления, ни критического подхода, ни какого-то сколь-нибудь глубокого понимания мира. Все, что у него есть — знание того на какую кнопку следует нажать в компьютерной программе, чтобы получить желаемый результат, и навык написания идеологически выверенных статей за которые хорошо платят.
Иногда, впрочем, даже такого навыка нет. Тогда люди могут заниматься трепологией. Все эти консалтинги, консультации, инфобизнесы и прочая болтовня не несет абсолютно ничего ни полезного, ни вредного с точки зрения потребностей общества. Все эти люди (тысячи их) паразитируют на действительно производительных работниках.
Есть, впрочем, одна вещь, которую упускают из виду критики офисного планктона. Именно эти люди становятся главными потребителями, главными иконами мира капитала — теми, на кого следует равняться. Другими словами, выполняют роль той самой морковки, висящей перед ослом: «Вы тоже сможете много зарабатывать, если будете много работать!»
Поэтому офисный планктон действительно нужен капитализму. Но нужен не как производитель, а как потребитель и создатель новых смыслов. Материальное производство в позднем капитализме вытеснено на обочину и существует где-то внизу. Над ним возвышается гигантский мыльный пузырь из фиктивного капитала. Но он рано или поздно должен будет лопнуть, и тогда все эти люди с высшим образованием, не отличающие Баха от Фейербаха, вынуждены будут заняться чем-то полезным.
Тут-то и выяснится, что ничего делать они не умеют, и придется их учить наукам заново. Что ж, подобное в истории уже происходило. Напомним читателям, что одной из первых задач большевиков была ликвидация безграмотности (сокращенно — ликбез). Проводилась она среди взрослых во время гражданской войны.
Надеемся, в этот раз войны удастся избежать.
ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ!
Источник
Портрет типичного офисного планктона. Для желающих работать в большой компании (или уже работающих в такой)
Вы никогда не получите удовлетворяющий вас карьерный рост. Стоит задуматься, сколько начальственных слоев лежит над вами, чтобы понять, что вам потребуется слишком много сил для преодоления внутреннего сопротивления компании. Играя — выкарабкаетесь, работая — вряд ли.
Инициатива наказуема. Чтобы протолкнуть простейшее изменение, которое обычному человеку, никогда не работавшему в корпорации, кажется ерундой — изменение буквы в меню программного продукта или коррекция технологического процесса — вам придется потратить колоссальные силы. Скорее всего, когда вы победите в вашем предприятии, вы уже не получите никакого морального удовлетворения.
Вы не сможете высказывать свое мнение публично. Если вы эксперт в интернет-журналистике или просто знаете, кто есть кто на рынке, и вас взяли в большую корпорацию, то вы на время работы там замолчите. Вы не можете заявить, что ваш продукт плохой — неэтично по отношению к коллегам, что продукт конкурентов плохой — неэтично по отношению к конкурентам, вообще не можете что-либо комментировать — лучше помолчать, а то точно кого-то обидите. Все коллеги очень ценны.
Team! Team! Team! Командный дух, синергия, в едином порыве, все как один, только вместе мы можем… Такого вы наслушаетесь очень много. За командной ответственностью вы научитесь прятать свою некомпетентность или неопытность. Самый мизерный проект будет обрастать рабочей группой с групповой же ответственностью, за которой виновного не сыскать, а награды получает абы кто.
Вы лишитесь эмоций. В офисах не принято завидовать и радоваться. Т.е. все это внутри вас останется, постепенно угасая, но вы перестанете показывать это все на своем лице. Скука — это ваша новая маска.
Вы научитесь искренне радоваться победам, к которым не имеете ни малейшего отношения. Вы будете говорить «Молодцы ребята из транспортного! Во дают!» «Классный У НАС браузер», а вы из бухгалтерии. Вы знаете, что вы не при делах, но вы рады. Ваши проекты будут запускаться все реже и реже, а радоваться вам чему-то надо. Пусть и с каменным лицом офисного работника.
Вы всегда будете получать существенно меньше заработанного вами. Вы можете продавать газ мегалитрами, интернет терабайтами, а программные продукты тысячами, но у вас будет зарплата, которая обеспечит вам кров и простую еду. Еще у вас будет пара отпусков. В лучшем случае, еще вам дадут 2–3 командировки за границу, которые призваны просто улучшить ваш имидж в отрасли, но большую пользу от них получит все равно компания. Для вас это просто заменитель денег.
Вы разучитесь дерзить и привыкнете к тому рабочему темпу, который принят в компании. Еще месяц назад вас раздражало, что договор согласовывают месяц, а коммерческое предложение кто-то готовит неделю. Вы станете таким же и искренне перестанете понимать реальный ход вещей.
Вас научат что такое ЖПП (жопо-прикрывательные письма). Этим особым видом коммуникаций владеет каждый матерый офисный сотрудник. Вы начнете в любой переписке генерировать много-много респондентов в поле CC, до тех пор, пока вопрос не станет неразрешимым, а имя создавшего проблему будет забыто.
Вы научитесь не слушать людей, которые говорят с вами. Большинство опытных офисных работников, как только с ними начинают говорить, утыкаются в смартфон или ноутбук. Вы научитесь постоянно проверять почту и верить в то, что вы ОЧЕНЬ заняты и от вас ОЧЕНЬ многое зависит.
Вы научитесь проводить большую часть времени в бесполезных переговорах. «— Пойдем в переговорку! — А кого брать? — Да всех бери!» Да, вы будете собирать мини-аудитории статистов, которые будут проверять почту пока вы говорите ни о чем до тех пор, пока следующая порция опытных офисных работников вас не выгонит, чтобы делать то же самое.
У вас не будет проблемы с опозданиями. Вы будете опаздывать везде — на внутренние встречи, на проходную где ждут партнеры или подрядчики, на выездные встречи. И у вас не будет с этим проблем — забыл, встретил коллегу в коридоре, пробки — вы поверите, что все это нормальные причины для опозданий.
Вы станете кофеиново-зависимым и полюбите туалеты. Кофе утром, кофе перед полудником, кофе перед обедом, кофе после обеда, кофе до 5 o’clock tea, кофе перед выходом домой. Если вы курите, то добавьте столько раз кофе, сколько раз вы курите. Туалеты спасают, когда пить кофе просто не хочется. Если там есть курилка, то значит там будет главный штаб, переговорка, митинг-рум.
Вы будете проводить 12–14 часов на работе. Но работать вы или не будете совсем или выжмите из себя 2–3 часа от силы. Вы научитесь убеждать себя, что вы делаете нужную работу, что вы перегружены и все это замечают. Хотя втайне все знают, что окружены бездельниками и потому ведут себя так же. Главное не вызвать подозрение, что у тебя есть что-то еще в жизни и работа — только средство достижения.
Вы начнете считать, что вам все время что-то недодают. Работая в очень «богатых» компаниях вы получите лучшее оборудование, лучшую мебель и лучший офис, но вам начнет казаться, что вам полагается автомобиль за счет компании. Логики в этом нет, вы просто начнете в это верить. Еще вы уверуете что вам полагается квартира, но это попозже.
Повышение зарплаты. Работать вы будете все менее продуктивно. Вы, как мхом, обрастете ненужными задачами и митингами, но вам все время будет казаться, что вы заслуживаете большего и повышение заплаты — для вас это само собой разумеющееся событие.
У вас диагностируют синдром офисного работника. Вы начнете все чаще и чаще болеть простудными заболеваниями. Вам быстро объяснят, что это все кондиционеры и не нужно беспокоиться — не пропадать же страховке. Вы будете много болеть и получать от этого удовольствие.
У вас появится излишний вес и некрасивое тело. Опять же, тут будут готовые объяснения — стресс, сидячий образ жизни. Но это все потому, что ваше тело и мозг будут делать не требующую много калорий работу, вы будете с кофе-поинтов таскать напакованные сахаром печенюшки, которые будете 10 раз за день запивать кофе с сахаром. В обед вы будете есть невкусные бизнес-ланчи, которые готовятся из остатков вчерашней кухни. Эта еда приготовлена без любви, а потому она не полезна.
Вы будете боготворить пятницу. Для частного предпринимателя пятница — это ужас, бизнес перестает работать на 2 дня. Для офисного профессионала — это лучший день в неделе — пиво, песни и пляски возможны только в этот день.
Еще вы полюбите корпоративы. Тема не важна. Вы поглотите алкоголя и еды на гроши, но сумеете уверовать, что для вас сделали что-то особенное. Вы привыкните к стыду и за годы работы в Корпорации и будете знать про коллег больше гадостей, чем их супруги. И вам начнет это нравится. Про это же можно посплетничать.
Вы потеряете стартаперский дух. Все эти непонятные люди, делающие не такие важные продукты, как у вас, будут вызывать презрение. А вы будете всегда знать, что в стартапе вы с первого раза преуспеете, просто вам это не нужно. Вы другой, иной, успешный… уже.
Вы наберете кредитов. В начале работы вам захочется авто, как у коллег. Вы купите его в кредит, будучи свято убежденным, что «ну квартиру на 30 лет я точно не возьму». Через несколько лет системного появления денег на пластиковой карте ваше чувство самосохранения притупится и вы влезете в такие долги, которые казались вам невозможными еще вчера.
Поздравляем, назад пути для вас теперь нет, милый любитель кофе и корпоративов.
Источник