Почему никто не работает по специальности

Путь к богатству. Почему молодежь не работает по специальности

Центр экономики непрерывного образования РАНХиГС с 2014 года проводит мониторинг трудоустройства молодежи 18-30 лет, получившей разное профессиональное образование. Мониторинг проводится в трех регионах: в Ивановской, Свердловской и Новосибирской областях, которые различаются как показателями социально-экономического развития, а следовательно, и рынка труда, так и характеристиками их систем профессионального образования.

Основной претензией к системе образования все последние годы является тот факт, что выпускники учебных заведений профессионального образования не работают по полученной специальности. При этом никого не волнует, какие места работы предоставляет рынок труда. «Готовьте тех, кто востребован работодателями» — этот постулат звучит постоянно и уже воспринимается обществом как рациональное требование.

И если молодежь не работает по полученной профессии, то виновата система образования: не подстроилась, не учла потребности производства и социальной сферы, не дала нужные компетенции. То, что современная молодежь предъявляет к рабочим местам достаточно серьезные требования по заработной плате и условиям труда, воспринимается старшим поколением негативно: не хотят работать, хотят получать деньги даром (и большие!), не желают руки марать, и так далее.

Самое смешное во всей этой ситуации то, что молодежь хочет работать, причем готова работать тяжело и много, но — о, ужас! — хочет получать за свой труд достойную заработную плату и работать в условиях, отвечающих полученному ими образованию. Не больше и не меньше.

Благосостояние как драйвер

В 2017 году работа 74,4% выпускников учебных заведений профессионального образования Свердловской области соответствовала полученному ими образованию, в Новосибирской области такой ответ дали 56,7% опрошенных, в Ивановской области — 70%.

Сразу оговорюсь: это представление самих респондентов о характере их работы, а не формальные записи в дипломе и трудовой книжке. Как видим, и в промышленном регионе (Свердловской области), и в высокодотационном регионе (Ивановской области), более 70% выпускников систем профессионального образования работают, как они сами считают, по той профессии, на которую они учились.

В Новосибирской области, одном из регионов с хорошо развитым рынком труда, ситуация совсем другая: по полученной профессии/специальности работает менее 60% молодых людей. Парадокс? Вряд ли. Скорее дело в том, что в Новосибирской области рынок труда более динамичен и гибок.

Отсюда вывод: чем быстрее развивается экономика региона, чем подвижнее в ней структура занятости, тем большая доля молодых работников будет работать не по полученной в системе профессионального образования профессии или специальности. И это не плохо, это нормально.

Означает ли это, что система профобразования не должна развиваться и менять структуру подготовки кадров? Нет, не означает. И в системе образования Новосибирской области эти изменения идут достаточно быстро. А вот системы профобразования Свердловской и Ивановской областей больше подвержены инерции, поскольку экономика этих регионов развивается медленнее.

Этот вывод подтверждает и то обстоятельство, что в региональных столицах значительно меньшая доля молодежи работает по полученной профессии/специальности по сравнению с другими городами этих регионов. При этом качество подготовки, по оценке самих респондентов, у них нередко значительно выше, чем у тех, кто трудится за пределами столиц.

Еще одна причина несоответствия полученного образования и места работы кроется в конкуренции: чем выше конкуренция за рабочие места, тем больше доля тех, кто работает не по полученному образованию. При этом получить высокую должность могут далеко не те, чья профессиональная подготовка формально ей соответствует.

И это связано не только с тем, что ведущим каналом получения работы до сих пор является «помощь родственников и знакомых», о чем говорят немногим более 37% респондентов. Просто в процессе работы идет накопление многих компетенций, которые формально уже не связаны с полученным образованием.

Кроме того, в современном мире огромную роль играет непрерывное профессиональное образование, и это отнюдь не повышение квалификации исключительно в той области, в которой изначально была получена подготовка.

На своих местах

В сфере информационных технологий работа полностью соответствует полученному образованию только у четверти молодых работников (точнее, у 24,4%). Информационные технологии — новая отрасль деятельности, при этом она быстро развивается. В нее приходит молодежь с самым разным образованием: дизайнеры и пиарщики, историки и журналисты, социологи и менеджеры, юристы и экономисты.

В торговле и сфере услуг такая же картина: здесь чуть более четверти молодых людей работают по специальности — 25,1%; еще 25,5% — это те, кто считает, что их профессия/специальность близка данной сфере деятельности, — это экономисты и финансисты, менеджеры и специалисты по персоналу, пиарщики и информационщики, а также представители еще десятка профессий.

По специальности молодежь в основном работает в правоохранительных органах: 76,7% молодых работников здесь считают, что их работа полностью или частично соответствует тому, чему их учили.

В науке, образовании и культуре по специальности работают примерно 2/3 молодых специалистов. В здравоохранении — 95%. Но чем более высокотехнологичной областью будет становиться медицина, тем больше станет в ней молодых людей, которые формально будут работать не по специальности: инженеры и компьютерщики, биохимики и биофизики, генетики и техники, обслуживающие сложное оборудование.

Пока что в здравоохранении о работе по специальности говорят молодые врачи и средний медицинский персонал.

В промышленных, строительных и инженерных компаниях по специальности, по их собственному мнению, трудится 36,8% молодых работников, еще 27,2% считают, что их работа близка к полученному образованию.

Зарплатные ожидания

Во всех регионах, принимающих участие в мониторинге, молодежь отнюдь не проявляет завышенных требований по заработной плате. В основном ее притязания определяются средним уровнем заработков в регионе — в Ивановской области почти 2/3 молодых специалистов хотели бы получать среднюю по региону заработную плату или несколько ниже, еще 21,6% готовы работать за 10 000–20 000 рублей.

В Новосибирской области чуть более трети молодых людей хотели бы получать от 20 000 до 30 000 рублей в месяц, 11% — 10 000–20 000 рублей. И только четверть претендовала на заработную плату в 30 000–40 000 рублей. В Свердловской области самые высокие притязания: четверть хотят зарабатывать 20 000–30 000 рублей, еще четверть — от 30 000 до 40 000 рублей, наконец, последние 25% — 40 000–50 000 рублей. При этом остальные — менее 20 000 рублей в месяц.

Важно отметить, что только примерно 25% молодых людей в рассматриваемых регионах получают ту зарплату, которую хотели бы получать, или даже выше. А вот 75% работают за меньшие деньги по сравнению с желаемыми.

Чего хочет молодежь

Низкая зарплата не устраивает треть респондентов, четверть указали на невозможность улучшить жилищные условия, 18,2% — на отсутствие карьерных перспектив, 10,5% заявили, что не могут получить бесплатное дополнительное образование, а 5,1% сетуют, что их заработная плата не является «белой». Порядка 7,8% респондентов недовольны содержанием работы (допускалось несколько ответов).

Словом, молодежь достаточна рациональна в своих ожиданиях и не требует чего-то сверхординарного. Следует отметить, что даже будучи недовольными текущей работой, молодые люди не спешат ее менять, понимая, что найти хорошую работу в современных экономических условиях довольно трудно или что их образование не позволяет им претендовать на большее.

Таким образом, серьезных расхождений между потребностями рынка труда и получаемым образованием нет только в тех регионах, где не наблюдается серьезных экономических и социальных перемен.

Там, где экономика более динамична, большая доля молодежи работает не по специальности. Если мы хотим более серьезного экономического роста, то нам придется смириться с тем, что будет расти число людей, работающих не по специальности.

Если хотите работать в соответствии с полученным образованием, идите в правоохранительные органы, в образование или здравоохранение. Но и там скоро будет нарастать доля людей, которые формально работают не по полученной специальности/профессии. И это стоит учесть тем, кто сейчас увлеченно пишет для нас профессиональные стандарты. Боюсь, что они пригодятся только там, где отсутствует развитие.

Источник

Почему так много россиян работают не по специальности

Более трети выпускников российских вузов не работают по специальности, показал опрос 2583 соискателей из разных регионов России, проведенный порталом hh.ru. Больше половины (58%) выпускников пробовали работать по основному профилю, но передумали из-за маленькой зарплаты (46%), неясных карьерных перспектив (31%) и непривлекательных условия труда (24%).

Сервис Rabota.ru провел похожий опрос – но не среди выпускников, а среди всех имеющих работу. В исследовании приняли участие более 5000 пользователей сервиса старше 18 лет из всех регионов страны. И доля не работающих по специальности оказалась еще более внушительной, чем в опросе hh.ru. По данным Rabota.ru, по специальности никогда не работали 43% россиян. Еще 23% имеют опыт в профильной сфере, но сейчас в ней не работают.

Россияне идут в вузы не ради дальнейших карьерных перспектив, а просто потому, что высшее образование считается престижным и само собой разумеющимся, и только после получения диплома задумываются о том, какие карьерные перспективы перед ними открываются, чем на самом деле придется заниматься на рабочем месте и сколько наниматели за это будут платить, считает исполнительный директор консалтинговой компании «ЛюдиPeople» Виктория Петрова.

Слишком дорогой диплом

Примерно 39,3% молодых людей хотели бы сменить специальность уже при поступлении в магистратуру, показало совместное исследование, проведенное МГТУ им. Баумана, МАИ и МФТИ. Почти треть из них (26,5%) сказали, что хотят получить более престижную профессию, менее четверти (21,3%) видят отсутствие спроса на рынке труда по текущей специальности. Более 20% заявили, что исчерпали себя в своей нынешней специальности, а 18,4% признались, что их специальность им неинтересна.

Почему студенты все чаще меняют специальность при поступлении в магистратуру

Отчасти смена профессии при поступлении в магистратуру – следствие раннего профессионального самоопределения, рассказывала ранее «Ведомостям» директор центра трансформации образования Московской школы управления «Сколково» Ольга Назайкинская. Школы разделяют учеников с 7–8-го класса на технические, медицинские и гуманитарные классы. Знакомить их с разными профессиями уже в раннем возрасте правильно, говорит Назайкинская. Но часто в школах и вузах взрослые навязывают ученику, кем он должен стать в будущем, и вынуждают сделать выбор, к которому он не готов, отмечает она.

Как правило, у абитуриентов российских вузов практически нет жизненного опыта – они выбирают профессии по романтическим соображениям или из-за семейных традиций, соглашается Петрова. Но тренд постепенно меняется: молодые специалисты все чаще задумываются, окупятся ли затраченные на высшее образование силы и средства после выпускного. По некоторым гуманитарным специальностям, например филолога или историка, прогнозы неблагоприятны, предполагает Петрова.

В конце 2020 г. международная исследовательская компания Ipsos специально для Всемирного экономического форума опросила 21 507 человек из 29 стран мира, считают ли они оправданными затраты на очное высшее образование. Около 36% россиян сказали, что платное высшее образование стоило своих денег – но таких оказалось меньше чем в 26 из 29 стран. Например, в Китае расходы на высшее образование считает оправданными 81%, в США – 45%. Каждый второй россиянин (51%) полагает, что высшее образование не стоит запрашиваемой за него цены. По всем 29 странам в среднем со стоимостью высшего образования согласны 53%, а завышенной ее считают примерно 36%, исходя из аналитики Ipsos.

Профессиональное выгорание

По специальности, указанной в дипломе, чаще всего продолжают трудиться работники сферы образования (16%), производства и промышленности (14%) и медицины (13%), выяснили аналитики Rabota.ru. По образованию также работает около 10% респондентов в сфере строительства, 8% в IT и телекоме, 6% в журналистике, 5% в банковском деле, финансах и инвестиционном секторе.

Около 40% из тех, кто не работает по специальности, сменили сферу деятельности из-за низких зарплат, четверть – из-за отсутствия хороших вакансий, показал опрос Rabota.ru. Около 13% вынужденно поменяли специальности из-за переезда в другой город или страну, а 11% выгорели или просто устали от профессии. Примерно 7% опрошенных сменили профессию, потому что начали зарабатывать на своем хобби.

Нет ничего страшного в том, что человек работает не по своей основной специальности, замечает Петрова. С ростом продолжительности жизни работники и в своей профессиональной жизни смогут проявить себя в разных ипостасях и менять профессию согласно приметам времени, искать возможности больше зарабатывать и эффективнее реализовываться, считает она.

На практике разочаровавшиеся соискатели часто идут по простому пути: выбирают среди вакансий с высокой зарплатой компании, в которых уже работают их друзья, или те, куда можно быстро устроиться, говорит Петрова. По данным hh.ru, специалисты чаще всего уходят в сферу продаж (69%) и на административные должности (65%).

Сложности перехода

Чаще всего соискатели без профильного образования испытывают проблемы на старте карьеры, а потом решающую роль при найме начинает играть опыт, отмечают собеседники «Ведомостей».

Чем больше компания или предприятие, тем внимательнее она смотрит на то, что написано в дипломе молодого специалиста, говорит Игнат Зайончковский, сооснователь «Преактума» (организатор рекрутинговых конкурсов и виртуальных стажировок для молодежи). Но на малых и средних предприятиях редко смотрят на специальность в дипломе – там ценятся профильные навыки и социально-психологические качества. Лучше всего принимать решения о смене профессии как можно раньше – на практике или во время стажировки, говорит Зайончковский. По словам его партнера Сергея Акопяна, смена направления всегда подразумевает проигрыш в зарплате и должности и решиться на это проще на позиции начального уровня. К тому же работодатели проявляют терпимость, если молодые кадры владеют не всеми необходимыми навыками: как правило, образовательные программы вузов отстают на 2–3 года от уровня развития технологий, применяемых нанимателями, говорит Акопян. Высшее образование становится формальным минимумом, к которому позднее добавляются знания, полученные на практике и курсах менеджмента, маркетинга, разработки и др., говорит он.

Какие инженерно-технические профессии наиболее значимы для российской экономики

Профильное образование обязательно для работников со специальностями, где требуется фундаментальная подготовка, например слесарям по обслуживанию и ремонту высокоточного роботизированного оборудования, инженерам-математикам или архитекторам, считает Петрова.

Непросто сменить специальность в тех случаях, если в отрасли работодатели привыкли сотрудничать с потенциальными кандидатами еще во время их вузовских стажировок. Из-за дефицита кандидатов многие IT-компании готовят потенциальных сотрудников еще во время их обучения в вузах, говорит основатель HRTech-компании Skillaz Андрей Крылов. В этом сегменте занимаемые кандидатами должности чаще всего соответствуют их профильному образованию, заметил Крылов. Но в пандемию, по его словам, компании охотнее, чем прежде, рассматривали соискателей, готовых быстро адаптироваться и учиться, чтобы использовать полученные навыки под новые вызовы и задачи.

Диплом ради повышения

«Корочки» все больше утрачивают важность – работодатели переходят к подходу, основанному на компетенциях, рассказывает руководитель проекта «Атлас новых профессий» Агентства стратегических инициатив Дмитрий Судаков. И если профессиональные навыки были необходимы всегда (повар должен уметь готовить, а инженер вести расчеты), то сейчас возрастает значимость социально-психологических качеств (soft skills), говорит Судаков. Вместе со «Сколково» он изучил около 10 000 резюме инженеров на LinkedIn. Выяснилось, что в резюме 10% навыков были профессиональными и повторялись во всех анкетах, тогда как 90% качеств были уникальными и не встречались в других резюме. Система образования не ориентирована на то, чтобы готовить специалистов с уникальным набором качеств. Нужные компетенции придется нарабатывать самостоятельно, например навык работы в распределенной команде хорошо развивают компьютерные игры, а представителю сферы услуг полезно изучить психологию, говорит Судаков.

Тем не менее сотрудникам, попавшим в компанию благодаря саморазвитию и личным качествам, скорее всего, придется получить диплом по профилю – ради продвижения по службе. Компании готовы вносить вклад в обучение сотрудников, которое непосредственно связано с работой на предприятии, говорит Кирилл Храмцов, директор по методологии компании Univertus, занимающейся обучением и оценкой персонала. Подниматься по карьерной лестнице практически нереально без профессионального образования. Поэтому компании иногда финансово участвуют в получении сотрудником необходимого образования, но с условием отработки в компании в течение нескольких лет. Подобная схема дает возможность организации сохранить хороших работников, а сотрудникам – продолжать развитие по специальности, отмечает Храмцов.

Источник