«Вам отказано во входе»: как работал Паша Фейсконтроль
Есть такое расхожее выражение – «мем», как скажут миллениалы: ушла эпоха. В какой-то мере этими словами мы можем проводить в последний путь Павла Пичугина, более известного, как Паша Фейсконтроль. Подробнее – в колонке 63-летнего тусовщика Виктора Майклсона.
Эпоха ушла давно, но вспомнить о ней в связи с уходом одного из ярких людей, ее представляющих, стоит.
Паша Фейсконтроль был известен как сотрудник, который отвечал за проход посетителей в дорогие клубы Москвы в конце 90-х – начале 00-х годов. Кроме того, Пичугин работал клубным промоутером.
Уже не помню, когда я впервые увидел Пашу «в деле», но врезалась в память картина открытия клуба «Лето» то ли в 2006-м, то ли в 2007 году. Толпа на Яузской улице, хаотически припаркованные дорогие машины, вокруг них стайкой gipsy cabs – по контрасту битые «Жигули», на которых (если вы не боитесь ездить на «убитых» машинах с непрофессиональным водителем без ремней безопасности) отвезут куда угодно. Из богатых машин (некоторые даже с водителями) выходят пары: молодые, как правило, ребята, но уже траченные злоупотреблением всем, чем можно. Парни в костюмах от Brioni, туфлях Marcell и распахнутых на груди рубашках. Их девушки с явными следами неумелой пластики на лице – в Dolce & Gabbana. Они подплывают к очереди, вернее, толпе, стоящей перед входом в клуб.
Над всем этим витийствует молодой (чуть за 20) парень с суровым и отсутствующим выражением лица. Периодически он переводит свой взгляд со звезд на толпу, и в это момент толпа оживает. Парни начинают подпрыгивать, некоторые что-то говорят, кричат: «Паша, ты что меня не помнишь?», «Паша, ну будь другом!» Паша выхватывает из толпы одного-двух и показывает жестом «входите». Пара триумфально поднимается по лестнице в клуб, ощущая себя на красной дорожке Каннского фестиваля.
Паша отворачивается, ему звонят – видимо, с просьбой о ком-то из страждущих. Снова поворачивается к нам и выхватывает еще пару счастливчиков.
Иногда подгулявшие купчики, скоробогачи нулевых, начинали скандалить: «Я заплачу, сколько нужно, меня и на Ибице во все клубы без очереди пускали!» Наступала показательная порка: Паша говорил металлическим голосом «Вам отказано во входе. «. Без объяснения причин.
В этой роли – фейсконтрольщика – Паша был точным отражением, я бы сказал, квинтэссенцией политики клуба, где главное было – показать всем и каждому, вплоть до случайных прохожих, элитную эксклюзивность (вариант – эксклюзивную элитность) клуба.
Я попадал в клубы, над входом в которые витийствовал Паша, неколько раз, всегда по протекции. Встретил как-то внутри С, бывшего арт-директором этих проектов, мы были знакомы с 90-х. Попросил его карточку (гарантию входа), он быстро ответил: «Только для тебя, 800 долларов».
Что было внутри? Очень громкая музыка (дорогое оборудование использовалось не для глубины звука, а для громкости), диджеи – как правило, отечественные, привозы не ценились. Музыка была электронная, но с частыми вплетениями советских песен. Самая популярная, фирменная была «И уносят меня, и уносят меня. » – про зиму и снежок. «Снежок» вообще был популярным эвфемизмом этой клубной культуры.
Эти проекты – клубы – существовали, как правило, несколько месяцев, потом закрывались (парочка из них, в том числе, и самый знаменитый Dyagilev в саду «Эрмитаж», умерли не своей смертью – сгорели).
А Паша Фейсконтроль был символом эпохи. В зените своей славы он, единственный из представителей этой профессии, попал на обложку журнала «Афиша».
Эпоха закончилась, когда шибанул большой экономический кризис, шальные деньги кончились, у скоробогачей появились более важные заботы, чем проход в клуб в пятницу.
По образованию Паша был зубным техником, проницательность и интуиция, работавшие на фейсконтроле, не пригодились ему дальше в жизни. Он оставался членом тусовки «золотых нулевых», но не был известен новым поколениям тусовщиков.
Надо сказать, что Паша – не единственный легендарный фейсконтрольщик. Всемирно известен, например, Sven Marquardt, один из «церберов» знаменитого берлинского клуба Бергхайн. Он – знаменитый фотограф, недавно в Москве в Originals прошла его выставка.
В английском к этой профессии относятся проще, там более популярно слово bouncer – вышибала, и на входе в клубы часто стоят бывшие боксеры.
Специфика Москвы была в том, что у нас очень долго не брали плату за вход в клубы, и на фейсконтрольщике лежала двойная ответственность: понять, насколько человек соответствует «политике» клуба – не напьется, не подерется, не будет приставать к посетителям, и второе – насколько он платежеспособен и расположен покупать дринки. Непростая миссия.
Источник
Паша Техник освободился — и сразу дал интервью
Паша Техник дал первое интервью после возвращения из тюрьмы ютуб-каналу Вписка.
Пересказываем краткое содержание разговора:
Когда его провожали, вся зона плакала. Даже кича стучать начала: «Пашок уходит». Сидел с рецидивистами, поклонников среди них не было. Проблем тоже не было.
Он сел за повторное вождение в нетрезвом виде. Он не знал, что за это можно сесть. До этого его лишали прав. Все полгода до этого он был невменяемый, за что ему стыдно. Он злоупотреблял антидепрессантом с алкоголем.
Его тянуло прокатиться пьяным, «трезвому мне вообще не нужна эта машина». Он сел за руль хаммера, помнит только отрывки, «5 минут где-то и чик-чик — всё». Его отвезли в отделение, а утром на суд, он заплатил штраф. Через 2 месяца позвонил дознаватель, сказал, что возбуждено уголовное дело по 264 статье, но максимум будет условный срок. У Техника была непогашенная судимость, а статья допускала наказание до 2 лет лишения свободы. Поэтому Техник засомневался, точно ли максимум — условный срок. Его успокоили, что точно. Но в итоге запросили год и 4 месяца строго режима, поэтому он сразу ехал на суд с вещами.
Пока Техник был в тюрьме, его жена вела его инстаграм («Я ей говорил — держи связь»). Он не хотел, чтобы стало известно, что он сидит — потому что это не красит.
Он сбивчиво рассказывает про случаи с 2017 года, когда он что-то совершал под воздействием таблеток и алкоголя. Он помнит не все. Перечисляет какие-то конфликты в чайхане, вспоминает как их сняли с самолета, комментирует фото, где он лежит на кафельном полу с руками за спиной. Он попадал в отделения полиции, два раза терял паспорт в невменяемом состоянии. Такое сходило ему с рук, хотя стоило задуматься.
Перед судом он сдавал биохимию — у него нашли гепатит С. Он себя чувствовал плохо, но после тюрьмы это изменилось: «Полгода это из меня выходило».
Если он переставал употреблять, у него начинались панические атаки. Его утро в последние полтора года перед тюрьмой начиналось с двух литров пива натощак. Из-за этого он набрал вес. Ему говорили: «Тормози, у тебя ребенок», но это не работало. Он считает, что реабилитация ничего бы ему не дала, потому что ее в любой момент можно было бросить, уехать — в отличии от тюрьмы.
В тюрьме его окружал «печальный» контингент — за 30, уже неоднократно судимые, «с лицами шарпеев», складки, на свободе они бухали и ничего другого не видели. В тюрьме их приводят в порядок.
С ним сидел человек, который мог поднимать сигарету и коробок спичек — насколько можно понять из рассказа Техника, силой мысли. Люди накрывали колоду карт двумя руками, но она пропадала — и оказывалась у фокусника.
В тюрьме кормят нормально. «Мясо есть, но не то что ты прямо сидишь, у тебя котлеты!» Селедка ему надоела.
В тюрьме предсказатель предсказал ему, что пьянство за рулем сделает его инвалидом. «Я же за это сижу!»
Пока он сидел, его семья жила на то, что «конторы некоторые грели, я был на зарплате, так скажем. Вы же тоже внесли, чего вы прикидываетесь?»
Техник думает поучаствовать в боях на ютубе. Хочет гонорар от 3 миллионов. До декабря хочет выпустить альбом. На нем будет Гуф. «С Шурой договариваемся». Хотел бы записать фиты со 104 и Jeembo. У него будет тур, он будет стараться выступать без фонограммы, но вообще он многое не помнит.
В тюрьме он хотел устриц нормальных.
Источник
Паша Техник вышел из тюрьмы спустя почти год
Рассказываем тем, кто был в танке.
Паша Техник освободился из исправительной колонии №2 в Рязанской области, в которой провел 11 месяцев за вождение в пьяном виде.
О его заключении стало известно не сразу: лишь в марте этого года об этом сообщила Baza.
Оказалось, что Паша начал отбывать срок еще в декабре 2020 года, но подписчики и не могли ничего заподозрить: в его инстаграме продолжали выходить публикации, словно он находился на свободе. То артист собирался пойти на концерт «Кровостока», то будто бы был на каких-то съемках.
Инцидент случился 17 июня 2020 года: сотрудники ДПС остановили «хаммер» Паши Техника. Оказалось, что он вел машину в состоянии алкогольного опьянения. Экспертиза выявила и психическое расстройство из-за наркотиков. В итоге суд лишил рэпера водительских прав и назначил ему 11 месяцев заключения.
В 2019 году артиста признали виновным в ДТП — тогда он тоже был за рулем в нетрезвом виде. В первый раз его лишили прав на год и семь месяцев. Новое наказание ужесточилось.
Свою роль сыграло и дело 2008 года — тогда Пашу обвинили в хранении наркотиков и приговорили к пяти годам колонии строгого режима.
В честь выхода на свободу в своем инстаграме он выложил фото с женой и оставил краткую подпись: «Я вернулся».
Кто такой Паша Техник?
Если вы не интересуетесь темой хип-хопа, то наверняка слышали имя Паши только в новостях или в мемах. Кто же он такой?
Паша Техник (Павел Ивлев) — российский рэпер и фронтмен рэп-группы Kunteynir («Контейнер»). Он известен публике своими провокационными текстами: в них он открыто говорит о российской действительности, проблемах с наркотиками и активно использует нецензурную лексику. В начале карьеры часто появлялся на сцене в маске обезьяны — в образе своего альтер-эго.
Творчество Паши Техника сильно повлияло на отечественный хип-хоп-андеграунд. Альбомы Kunteynir «Вес» (2006) и «Блевбургер» (2007) нашли своих последователей. Отличительным стилем Паши стали импровизированные тексты (фристайл), которые он зачитывал прямо во время записи, и натурализм.
Среди наиболее популярных треков:
В свое время интервью у Паши Техника брал сам Оксимирон, он назвал его «иконой русской андеграунд-сцены». Но позже отношения между артистами испортились: в 2017 году Техник «слил» интимные фото Оксимирона, на которых тот был с его бывшей девушкой. Таким образом Паша решил отомстить своей экс-возлюбленной.
Публика уже привыкла к эпатажному поведению артиста.
Артист открыто признавался в том, что употребляет наркотики. Вспоминая детство в одном из интервью, он назвал три ассоциации — школу, футбол и клей «Момент». В 2008 году его задержали по 228 статье, спустя 4 года он вышел по УДО и продолжил карьеру.
Спустя год после освобождения он отправился на «Versus Battle» с рэпером Бролом. И хотя в этом баттле Паша Техник проиграл, выступление было запоминающимся: в отличие от других исполнителей, он несколько раз зачитывал фристайл вместо заготовленного текста. Видео набрало более 2,5 млн просмотров.
В 2018 году на YouTube-шоу «В первый раз» показали дисс Паши на рэпера Feduk’а, но позже извинился, сказав, что это была шутка.
Через два года в жизни Паши Техника случился еще один скандал: рэпер снялся в клипе в поддержку поправок к Конституции. Видео вызвало негодование подписчиков: 10 тысяч дизлайков против 4,6 тысяч лайков говорят сами за себя. Но публика простила ему и это.
Последние альбомы артист выпустил в прошлом году, очевидно, что и сейчас он не останется в стороне от хип-хоп-культуры. Поживем – увидим.
Похожая история случилась и с рэпером из Санкт-Петербурга Yung Trappa. Его осудили в 2015 году за хранение и распространение наркотиков и выпустили лишь в феврале этого года.
Источник
Паша Техник сделал все, чтобы не прославиться — но стал звездой
Персона Паши Техника окутана большим количеством мифов и легенд — и до сих пор трудно понять, где кончаются они и начинаются реальный человек. Когда он выходит за рамки образа — и выходит ли? Да и существует ли вообще этот образ? Поэтому лучше всего рассказывать про Пашу, вспоминая истории, которыми богата его биография и которых много у каждого человека, который провел с ним вместе хотя бы пару часов.
“На самом деле, я был очень жирным. Прямо, сука, боровом. Но, что удивительно, я принимал участие в соревнованиях по плаванию, даже межвозрастных, но все равно занимал первые места. Может, это не кажется вам настолько уж удивительным, но это лишь потому что вы не имели удовольствие лицезреть этот комок перееданий. Я лишь однажды занял третье место, и то только потому что у меня развился отит. Потом художественная школа, потом всякие секции — тхэквондо, баскетбол и так далее”.
Этот абзац, который читается как отрывок повести Лимонова — пост из ЖЖ Паши Техника, озаглавленный “Мемуары”. В тексте, помимо сложной истории отношений его матери с люберецким бандитом, описывается трудное детство: шприцы кетамина, “дорога хмурого с кассеты Ice Cube”, первые “выезда” и так далее.
Проверить достоверность рассказа не представляется возможным — про детство Техник обычно рассказывает неохотно. Так что лучше воспринимать эту автобиографию как художественное произведение, тем более, что мифология, сгустившаяся вокруг Техника, всегда была не менее важной, чем его реальная персона.
В числе своих рэп-влияний Павел называл обычные для московского подростка 90-х коллективы: Bad Balance, D.O.B., Рабы Лампы. В какой-то момент любовь к рэпу привела 13-летнего Техника в подвал на Таганке, где располагался офис Rap Recordz. Дмитрий “Dime” Нечаев, в то время руководивший лейблом, вспоминает, что сначала Паша приходил туда как покупатель кассет, а потом уже стал приносить собственный материал. Его группа называлась Da Tape Konteyner. Позже название укоротили до Kunteynir.
В интервью журналу Invox Техник говорил, что начал записываться в 2000 году, ориентировавшись “на всяких пиздюков вроде Anticon” — звучит комично, но выдает Пашу как меломана: не все в те годы знали про этот американский инди-рэп лейбл. В группе состояло два человека — сам Техник и его товарищ, рэпер Смешной. Последний быстро самоустранился от рэпа, а на его место пришел второй участник, Блев МС. По легенде, они жили в одном подъезде, Техник познакомился с ним на лестничной клетке, накурил и предложил записать рэп — это стало для Блева первым музыкальным опытом.
Обязательный лоуфайный подход к записи — часть эстетики Kunteynir. Первый альбом “Эдвард Руки Ножницы Бумага” записывался дома на дешевый микрофон. Большую часть битов для него сделал Радж, участник канадской группы эмигрантов DaBro. Дайм поправляет, что Радж не “сделал” биты специально для Техника, они просто каким-то образом попали к нему в руки — и так оказались на альбоме.
По форме дебютная работа Kunteynir — это андеграундный бумбэп с шипением винила, поверх которого летает ускоренная мысль Техника, писавшего в один присест куплеты всем участникам группы. Абсурдный смешной рэп, едва зарифмованный поток сознания, да еще и безобразно записанный — в ту эпоху многим было удивительно, что такое можно издавать на компакт-диске и продавать в магазинах (о цифрах продаж Дайм, правда, вспоминает без удовольствия: 500-600 экземпляров). Обложка диска тоже была хороша: отпечатанная на дорогом картоне для визиток, она изображала розовую марку.
“Музыка была странная, но в ней было много приятного безумия, а не прямо трэша, как в более позднем творчестве”, — вспоминает о первом альбоме Kunteynir главный редактор The Flow Андрей Никитин, тогда бывший журналистом сайта Rap.ru. Он же взял у Техника первое большое интервью.
Оно до сих пор читается как контркультурная проза. Паша хвастается, что “в говнище накуривается перед выступлениями”, перечисляет сорта марихуаны, которые надо употребить, чтобы понять его альбом, и произносит пророческую фразу (запомните, к ней мы еще вернемся): “Если весь клуб будет тыкать нам факи, это будет самое охуенное шоу в нашей жизни”.
Реальность недолго подстраивалась под ожидания: на презентации альбома Дымовой Завесы в том же самом 2004 году группу Kunteynir, выступавшую на разогреве, приняли холодно. Сохранилась запись их концерта: когда Паша протягивает слушательнице в толпе микрофон, та радостно орет: “Пошел нахуй!” (отметка 1:47).
“Их знала тусовка hip-hop.ru, но они не были известными, — вспоминает Slim, один из участников Завесы, который потом еще и записал фит с Kunteynir — Это был такой экспериментальный хип-хоп, в любом случае мне это было интересно. Музыкальная составляющая очень нравилась. Я тогда еще занимался выпуском альбомов, пытался делать что-то типа лейбла — хотел выпустить их третий альбом, но не договорились. В итоге владелец лейбла 2-99 Георг Корг дал им “фикс” в 300 долларов, и они выпустились у него”.
Техник в те годы любил устраивать сценические перфомансы, чтобы побесить людей, которые приходили послушать трушный рэп. Особенно он ценил фристайл-баттлы (рэп Паши по сути был и остается фристайлом): посмотрите запись выступления группы на одном из них в клубе “Коммуна” и удивитесь, насколько выделялся Техник среди остальных.
Одним из устроителей ранних концертов Kunteynir стал Руслан Муннибаев, сейчас концертный директор Касты и автор The Flow. В то время он работал барменом в клубе “Третий путь”. “Я сам написал Технику, предложил сделать концерт. Отдельно попросил его исполнить песню “Пидорасы, поднимите ваши руки”, но, кажется, этого не произошло. На концерт пришло много людей, но помню, что сам он длился минут 20”.
Фотограф Антон “Scut36” Волков вспоминает, как Паша в своей неизменной маске обезьяны разогревал американского рэпера Jeru The Damaja в “Коммуне”. “Паша прыгал перед не очень высокой сценой клуба и пытался выхватить микрофон из рук удивленного рэпера. После этого уже за сценой он снял маску, схватил стоящий рядом пивной стакан и смачно отхлебнул из него. Стакан, как оказалось, выполнял роль пепельницы”.
Позже Волков взялся делать группе Kunteynir веб-сайт, Техник прислал следующее тз: на сайте должны быть два раздела: “Пукешка” и “Грачи”.
Для следующего альбома группы “В говно” (2005) Техник уже написал почти все биты сам. По музыке все стало интереснее: крайне недооцененный как битмейкер, Техник украсил песни экспериментальным IDM-саундом. Послушайте шестиминутный эйсид-джазовый инструментал “Чиширский микс” или поставьте его друзьям на домашней вечеринке и попросите угадать автора — вряд ли кто-то из них даже предположит, что это не артист лейбла Warp, а человек, запустивший в народ фразу “Сань, хуй соси”.
Назвавший себя когда-то “королем андеграунда”, Техник, хоть и стоял особняком, но дружил с другими музыкантами тогдашней андер-волны. Его можно было увидеть на концерте группы Андрея Бледного Иезекииль 25:17, с другой группой, арт-рэп проектом Кровосток, он и вовсе собирался писать совместный альбом:
“Он мне звонит и говорит, что познакомился с ребятами из Текстильщиков, главного зовут Шило. А я знал, что у них был проект “Противотанковая граната”. Они за свои деньги выпустили кассеты и продавали их, а потом про них “Афиша” написала. Сомнительное было творчество, но наметки раннего Кровостока там можно услышать. Ну Паша и говорит: “Это охуенно, это разрыв! Они сделали проект Кровосток! Давай издадим двойной альбом — Kunteynir и Кровосток!” К сожалению, на тот момент такой релиз был технически невозможен. В итоге то ли Техник не донес мне диск, то ли я его слушать не стал, но не оценил. А спустя пару месяцев среди офисного планктона начался бум Кровостока”.
Техник всегда питал слабость к баттлам — только понимал их очень по-своему. Многие видели легендарный ролик, где он чужеродным элементом влетает на фристайл-джем Дуни и Noize MC. Немногие знают, что в 2004 году он участвовал в 5 Официальном баттле на hip-hop.ru, где диссил Драго и Стима, а еще пользователя по имени Strike, сейчас известного как Замай. Трек до сих пор можно послушать.
Другой баттл (5 Неофициальный) Техник судил — и после того, как он придумал для одного из раундов тему “Мой клитор больше твоего”, многие участники отказались присылать свои треки.
Следующие альбомы группы Kunteynir — “Вес” (2006”) и “Блевбургер” (2007) — продолжали саунд-эстетику альбома “В гавно”, только со временем абсурдный юмор ушел, а на его место пришел натурализм, порой совсем уж отталкивающий. Но те релизы группы родили волну последователей, которым понравилась самая идея того, что рэп можно читать в обход песенной формы; что вовсе не обязательно писать тексты заранее, а веселее сочинять их прямо в процессе; что все может быть записано и сведено максимально лоуфайно.
Подкупал и образ Паши: он иногда не без гордости вспоминает, что научил рэперов носить “кажуальную” фанатскую одежду — Thor Steinar, Stone Island, C.P.Company. Вот цитата Максима Синицына, третьего участника Kunteynir: “Раньше рэпер был в трубах и в кепке, закос под американский стиль. Мы были одними из первых, кто с этой темы соскочил”.
Идеями Kunteynir питались московские коллективы Черная Экономика / Рыночные Отношения, проект из Братска Бухенвальд Флава и петрозаводская группа the Chemodan Clan, чье раннее творчество сильно навеяно Техником. “С него начался целый бум странного домашнего DIY-рэпа, — вспоминает Дайм. — И он в конце концов загнал на рэп-концерты людей, ещё десятилетие назад бывших главными антагонистами рэп-культуры в целом. Каким бы странным не был этот факт, он все равно идёт в зачёт культуре в целом”.
Сам Техник во второй половине нулевых становится объектом культа “подземки”. Его даже занесло на телевидение: петербургский Пятый канал показал репортаж Кирилла Иванова (сейчас вы знаете его как фронтмена группы СБПЧ) об андеграунд-рэпе того времени, героями которого стали Бонч Бру Бонч, Михаил Краснодеревщик и сам Павел. Павел тут позирует на фоне хрущевки и говорит буквально два предложения — но во втором же фигурирует слово “дудка”.
О его похождениях того времени можно узнать из ЖЖ: Паша ездит на выезды за “Динамо”, выступает на сборных концертах с такими же андер-группами, участвует в безумных тусовках.
Лучше читать посты оттуда как литературу, держа в уме, что гиперболизация и доведение до абсурда — главный художественный прием Kunteynir. “Блёва выносят трое хадсонов-таксистов на остановке у метро Семёновская, а он салютует правой рукой и мусорам погоны рвёт”. “Вчера вместо мячика нас с чуваком берут омон-солдатики в автобус. Мало того что, бля, в одних трусах на шконках чалиться не по кайфу с мудилами в портачках, ещё и 100 рублей за то, что нас приняли в вытрезвитель”.
В 2008 году Техник попал в тюрьму по 228 статье — неудивительно для человека, как-то сказавшего: “В нашей музыке наркотики не играют вообще никакой роли. А вот в жизни — главную”.
Про свое пребывание на карельской зоне Техник дал много интервью: вспоминал, как мастерил голубям ботинки из хлебного мякиша и как зэки зашивали рты в знак протеста. Известна и трогательная деталь, хорошо раскрывающая отношения Техника с поклонниками “первой волны”: однажды он получил посылку от некого Валентина, чему был удивлен. Оказалось, что “грев” прислал Грязный Луи из the Chemodan — сохранилось даже письмо, которое Техник написал в ответ.
За время тюрьмы культ Паши только развился и укрепился: вышедший еще до отсидки альбом “5 лет” памятен нам музыкой битмейкера Джексона Хрома, позднее сделавшего себе имя на электронной сцене под другим псевдонимом — Lapti. С его подачи Техник даже появился на главном музыкальном ресурсе мира, сайте Pitchfork: там он фигурировал в статье о российской битс-электронике, где группа Kunteynir с ходу называется легендарной, а альбом “5 лет” — шедевром.
Отсидев четыре года, Техник вышел из тюрьмы в 2013-м и сделал несколько вещей. Раз — выступил в клубе для нескольких сотен подростков-околофутбольщиков, которые, как выяснилось, ждали его пришествия. Два — выпустил альбом на ЦАО Рекордс, которым тогда руководил Птаха. Три — дал интервью “Афише”, где обозначил свой курс: “Мне лично хочется просто бабок с этого поиметь. Я считаю, что мы это заслужили уже”.
Четыре — пошел на Versus.
Перфоманс Техника на первом оффлайн-баттле Versus нельзя пересказать, проще посмотреть (благо весь баттл длится примерно 20 минут). По воспоминаниям критика Дани Порнорэпа, отбиравшего артистов на тот сезон, Паша согласился почти сразу же, но просил дать ему в соперники “женщину или инвалида”. Рассматривался вариант выставить против него МС Анюту, но в итоге выбрали Брола, питерского МС с андеграундным прошлым. На ивент Техник приехал в измененном состоянии.
“Мы опаздываем, — вспоминает Даня. — Я веду его через толпу на сцену, он мне на ухо шепчет: “Братан, я под кислотой”. Толпа видит Техника, и все начинают орать: “Паша, Паша!”. А он мне говорит: “Бля, братан, я обосрался”.
Дальше — история. В какой-то момент баттла Техник настроил против себя всех фэнов баттл-рэпа, пришедших посмотреть, как Oxxxymiron сразится с Дуней. Он снял штаны, показал зрителям пенис сквозь трусы, и те — как Павел и предвидел в том самом первом интервью 2004 года — стали орать: “Нахуй! Нахуй”. По итогу победу отдали Бролу, но это выступление заложило первый фундамент будущей интернет-популярности Техника.
В первые годы после освобождения Техник умудрился стать звездой низового интернета: он записывал со всеми желающими фиты за 50 долларов, снимал поздравления и видеообращения — особенность которых состояла в том, что в них почти всегда адресатов оскорбляли — делал смешные рекламы магазинов одежды. Он звездил на МДК, охотно давал интервью и наводнил ютуб роликами “Паша Техник смотрит / рассказывает / поздравляет / выбирает девушку”. Человек, рожденный для того, чтобы стать ютуб-звездой, гений расцветающего пышным цветом формата “реакции”, как будто наконец дождался своего звездного часа.
Техник находил поклонников в самых неожиданных средах. Если можно объяснить фанатскую любовь Федука (начавшего, на минуточку, свое выступление на Versus фразой: “Я пришел сюда отомстить за Техника”) и респекты ЛСП (когда-то давно записывавшего Kunteynir-образный рэп в составе группы ТО Лопата), то братание Техника с Pharaoh или восторженную реакцию Фейса на его клип: “Пашок — легенда!” осмыслить уже сложнее.
Во второй половине “десятых” Техник успел жениться, поездить по стране с концертами, снять клип с Епифанцевым и даже записать вирусный андеграунд-хит “Нужен ксанакс”. Печально, но именно он стал фактически амбассадором препарата алпразолама, придуманного, чтобы лечить сильные депрессии и панические атаки, но использующегося рэперами не по назначению. Романтизировал наркотик, скажете вы? Посмотрите видео, где фрешмен Lizer приходит знакомиться с Техником, переживающим в ту минуту жестокие “отхода”. Уверен, никому не захочется ощутить то же самое.
О своей фарма-зависимости Паша тоже всегда рассказывал откровенно, называя себя “аптечным ковбоем”, ксанакс — “игрушкой дьявола” и вспоминая несколько лет, выпавших из жизни, потому что переусердствовал с “аптекой”. Есть, например, такая цитата: «Полхаты разъебал, Карину (жена Паши — прим. The Flow) почему-то выгнал, жил с одной пиздой мефедроновой. Вообще, не люблю вспоминать тот момент». Были и совсем страшные рассказы, как он чуть не умер, заснув в ванной — помогла жена, выломавшая дверь, доставшая его из воды и положившая в рехаб.
На правах человека, снявшего с Техником несколько видеоинтервью, где говорилось в том числе и о наркотиках, могу заметить, что его отношения с препаратами, скорее всего, строились по мэрилинмэнсовскому принципу “Не я люблю наркотики, а они меня”. Во время съемок первой “Вписки” с ним вся наша группа зашла в лефортовский лесопарк, и первое, что нас там встретило — закладка с марками, оказавшаяся под ногами у одного из пашиных приятелей. Дальнейшая судьба находки мне не известна.
Когда слава Паши в “низовом ютубе” переросла в славу всероссийскую? Когда в ютубе оформился массовый запрос на безумный и издевательский контент. В 2017 компания Medium Quality, диджитал-продакшн телепродюсера Вячеслава Дусмухаметова, запустила Big Russian Boss Show — русский аналог шоу Эрика Андре, где гостей весело унижали. Техник стал гостем его третьего сезона — и смотрелся там как будто пришел к себе домой; многие и запомнили тот проект из-за выпусков с его участием.
В 2018 Medium Quality начал снимать и собственное шоу Техника — оно выходило нерегулярно, а выпуски были то удачными, то провальными (зависело это, главным образом, от того, в каком состоянии был ведущий). Образу Паши это ничего не добавило; по сути он все эти годы и создавал из своей жизни одно большое шоу, где зрители наблюдали за тем, как человек весело и страшно занимается саморазрушением. Насколько много в этом цинизма с обеих сторон — вопрос открытый.
Дело было за малым — монетизировать образ. В этом Паша тоже преуспел: став лицом букмекерской компании и энергетического напитка “Заряженка”, он заработал миллионы. Теперь герой андеграунда тратит полтора миллиона в месяц, потому что полюбил «ходить в рестики устриц пожрать», и жалуется на денежные потери от коронавируса в 3-4 миллиона рублей.
Наверное, историю Техника надо рассказывать как историю победы над обстоятельствами — с другой стороны, это история одного большого нелогичного противоречия. Я вспоминаю выступление Паши на фестивале “Боль” несколько лет назад: весь свой сет (как всегда выдержанный в режиме экстремальной импровизации) человек в обезьяньей маске кому-то угрожал, называл зрителей “ебаным скамом”, предлагал невидимому противнику выйти “раз на раз” и “отведать хуя”. В конце он ласково сказал: “Да чо вы, это ж шуточки, я ж всех вас люблю — вон сколько вас собралось? Не такой уж я мудак”.
Андрей Никитин вспоминает, как на той же “Боли” несколько панк-групп отказались участвовать на фестивале с Техником, потому что посчитали его артистом правых взглядов: “Мне в допотопные времена рассказывали хулиганы “Динамо”, что когда Техник начал приходить на фан-сектор, его там сначала приняли за антифашиста и собирались побить. Вот такая ирония: для правых он был антифа, для панков — фашист, для кого-то он трешмен с ютуба, для кого-то — подземный рэпер в обезьяньей маске.
“А какой он на самом деле, мне кажется, толком никто и не знает”.
Источник