Проблемы реализации принципа разделения властей в Российской Федерации
Вы будете перенаправлены на Автор24
Проблемы реализации принципа разделения властей в Российской Федерации – это совокупность препятствий, возникающих на пути осуществления государственного и муниципального управления в разрезе законодательной, исполнительной и судебной власти.
Общая характеристика принципа разделения властей в Российской Федерации
Принцип разделения властей представляет собой основополагающую идею, нашедшую выражение в раздельном и последовательном изложении статуса различных ветвей власти. В соответствии с принципом разделения властей законотворческая деятельность возлагается на представительный орган государственного управления, исполнительно-распорядительная деятельность возлагается на органы исполнительной власти, судебная власть – на суды. Принцип разделения властей предусматривает самостоятельность и независимость каждой ветви власти. Основу формирования данного принципа составляет естественная функциональная нагрузка каждой ветви власти.
Содержание принципа разделения властей можно охарактеризовать следующим образом:
- законы наделяются высшей юридической силой, а их принятие осуществляется только представительными органами власти;
- исполнительные органы власти должны осуществлять исполнение законодательства, реализуя ограниченное нормотворчество, быть подотчетными главе государства и в усеченной степени Парламенту;
- необходимо обеспечить баланс законодательной и исполнительной власти, не допуская возможности перенесения центра властных полномочий на одну из ветвей власти;
- судебная власть должна быть независимой и самостоятельной от других ветвей власти в пределах своей компетенции;
- недопустимо вмешательство любой ветви власти в прерогативы другой ветви власти, а также слияние ветвей власти;
- решение споров относительно содержания Конституции должно осуществляться только через Конституционный суд и предусмотренную для этого правовую процедуру;
- Конституцией должны предусматриваться правовые методы сдерживания каждой ветви власти со стороны других ветвей власти.
Готовые работы на аналогичную тему
Основы российского государственного управления составляет классический принцип разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную власти.
Статья 10 российской Конституции предусматривает самостоятельность органов, представляющих каждую ветвь власти. Российская Конституция и законодательство устанавливает ограничение для каждой ветви власти, реализуемые в виде их полномочий.
Принцип разделения властей, реализуемый по отношению к различным ветвям власти, обеспечивает их уравновешивание, сотрудничество и невозможность ущемления.
На практике принцип разделения властей обеспечивается принципом разграничения предметов ведения и полномочий между различными уровнями власти и субъектами власти.
Характеристика проблемы реализации принципа разделения властей в России
Одной из проблем реализации принципа разделения властей в Российской Федерации выступает сравнительно небольшая история современного российского государства. Советская власть отрицала значение данного принципа в системе государственного управления. В связи с этим в Российской Федерации принцип разделения властей находился на стадии становления, несмотря на провозглашение этого принципа в Конституции страны. Практика российского государственного управления свидетельствует о явном доминировании исполнительной власти во главе с Президентом и российским Правительством. Реализация законодательной власти возложена на Федеральное Собрание, включающее в свой состав Совет Федерации, образованный представителями исполнительной власти регионального уровня. Кроме того, большая часть законопроектов проходит подготовку министерствами, ведомствами, службами и агентствами.
Таким образом, существует проблема формирования законодательства исполнительной властью, которая в противовес этому должна осуществлять исполнение этого законодательства.
Также в российской практике государственного управления существуют органы власти, которые доминируют над исполнительной властью. В частности, примером такого органа является президентская администрация. Статус российского Президента в системе разделения властей носит достаточно противоречивый характер. В некотором смысле российского Президента можно рассматривать как отдельную ветвь государственной власти. В соответствии со статьей 90 российской Конституции Президент наделен правом издания указов, имеющих подзаконный характер, но не обязанных следовать федеральным законам. Российским Президентом неоднократно издавались указы, призванные регулировать вопросы, отнесенные к компетенции Правительства. Практика российского государственного управления свидетельствует об отсутствии сбалансированности между ветвями власти. Система сдержек и противовесов не всегда работает на практике.
Некоторые правовые коллизии существуют в отношении судебной власти в Российской Федерации. Согласно российской Конституции Конституционный и Верховный суды России занимают главенствующие роли в рамках судебной системы страны, а также наделены правом законодательной инициативы. При этом Конституционный суд в отличие от Верховного суда не имеет в своем подчинении нижестоящих судов, что препятствует осуществлению контроля исполнения государственных решений. Конституционный суд обладает влиянием на последующие решения государственной власти за счет возможности оценки соответствия принимаемых законодательных и нормативных актов положениям российской Конституции.
Большая часть государственно-властных полномочий сосредоточена в руках российского Президента и российского Правительства. На сегодняшний день законодательная и судебная власть подчинены исполнительной власти, что не соответствует сути принципа разделения властей. Решению этой проблемы российской власти предстоит посвятить еще много времени.
Источник
§ 2. Проблема разделения властей
Принцип разделения властей после его «изобретения» стал объектом сотен публикаций за прошедшие века. И, казалось бы, ничего тут нового не придумаешь. Главные устои данного принципа состоят в том, что в управлении государственной жизнью он может проявляться в таких главных аспектах:
1) разделение единой государственной власти, источником которой является народ, на три ветви, представляемые самостоятельными видами органов государственной власти – законодательной, исполнительной и судебной, и разграничение полномочий между ними;
2) разделение властных функций по уровням вертикали системы государственных органов.
В действующей Конституции Российской Федерации принцип разделения властей отражен в ст. 10, она гласит: «Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны». Обратим внимание на то, что Конституция РФ исходит из того, что у нас единая «государственная власть» (эти слова использованы в ст. 10 в единственном числе), значит, при широком употреблении в литературе словосочетания «разделение властей» речь идет о «разделении власти». И по существу разделены «органы» этой единой власти.
Отметим далее, что по ст. 10 Конституции РФ принцип разделения властей распространяется лишь на государственную власть и ее органы. Взаимосвязанным рассмотрением ст. 10 и 11 Конституции РФ можно уяснить, что разделение властей распространяется как на органы государственной власти Российской Федерации, так и на органы государственной власти субъектов Российской Федерации, т. е. внутри данных систем, организационно обособленных друг от друга. Но в обеих статьях ни слова не сказано о разделении по уровням государственной власти – Российской Федерации и субъектов РФ. И тем более создатели Конституции 1993 года не видели возможности использовать принцип разделения властей в системе органов местного самоуправления либо не представляли, как это может выглядеть на данном уровне.
Говорить о какой-то недоработке в данном случае не приходится, поскольку творцы текста нового Основного закона имели перед глазами прежнее регулирование: при внесении 21 апреля 1992 г. изменений и дополнений в Конституцию 1978 года был отражен принцип разделения властей в обоих названных аспектах, т. е. включая и уровни публичной власти. Статья 3 в новой редакции гласила, что система государственной власти в Российской Федерации основывается на принципах разделения законодательной, исполнительной и судебной власти, а также разграничения предметов ведения и полномочий между Российской Федерацией, составляющими ее субъектами и местным самоуправлением. Придирчиво подходя к этой норме, здесь тоже можно найти изъян – если сказано, что на новых началах строится система государственной власти в РФ, выходит и местное самоуправление было частью государственной власти, между тем как раз в тот момент его всячески «отрывали» от государственной власти.
Кстати, в конституциях некоторых республик в составе Российской Федерации, подготовленных в тот же период, второй аспект (вертикаль в разделении властей) также был отражен. Так, в ст. 5 Конституции Республики Удмуртия 1994 года сказано, что государственная власть в Республике осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную, а также разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и Удмуртии. То же самое записано в ст. 7 Конституции Республики Хакасия 1995 года. А в ст. 6 Конституции Республики Ингушетия 1994 года говорится, что здесь государственная власть осуществляется на основе разделения и взаимодействия законодательной, исполнительной и судебной власти, а также разграничения полномочий между республиканскими и местными органами власти.
В системе местного самоуправления принцип разделения властей официально не применяется, но реально все равно различаются представительные (думы, собрания) и исполнительные органы (в лице главы муниципального образования и местной администрации) местного самоуправления. Если Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» 1995 года подразумевал такое различие, то пришедший ему на смену одноименный Федеральный закон 2003 года не только использует понятие представительного органа, но и прямо называет местную администрацию исполнительно-распорядительным органом.
Итак, в наши дни есть все основания распространять принцип разделения властей на такие две ветви публичной власти, как государственная власть и местное самоуправление. Вместе с тем и реальная практика, и конституционно-правовые размышления нового времени позволяют думать о расширении понятийного аппарата и соответственно компонентов государственной власти. В частности, если референдум проводится по принятию новой конституции, если в связи с этим созывается Конституционное Собрание (ст. 135 Конституции РФ), их ведь не назовешь законодательной властью, скорее это будет учредительная ветвь государственной власти. В литературе неоднократно ставится вопрос о том, что Президента РФ нельзя включать в триаду законодательной, исполнительной и судебной власти, это отдельная и самостоятельная ветвь – президентская власть. Прокуратуру Российской Федерации на основе прежней редакции Конституции РФ многие отделяли от судебной власти; тем более для этого есть основания теперь, когда по поправке 2014 года глава 7 Конституции именуется «Судебная власть и прокуратура». Также широко обсуждаются в литературе вопросы о введении наименований избирательной власти, контрольно-надзорной власти и финансовой власти для соответствующих систем государственных органов. Кстати, с теорией разделения властей плохо сочетается распространившееся в нормотворчестве введение наряду с категорией органов «государственной власти» также понятия «государственные органы».
Как быть с третьей ветвью публичной власти – общественной властью? Прежде чем ответить на данный вопрос, обозначим суть принципа разделения властей: 1) каждая ветвь (каждый уровень) власти занимается своими, юридически порученными ей (ему) делами; 2) ветви (уровни) власти самостоятельны, не имеют права вмешиваться взаимно в деятельность и подменять друг друга; 3) каждая ветвь (каждый уровень) власти обладает средствами воздействия на другие ветви (уровни) власти, чтобы они принимали решения, в которых у данной ветви (данного уровня) власти есть интерес, и чтобы обеспечивался баланс властей, а также соблюдалась законность в их деятельности.
В итоге, если исходить из того, что разделение властей есть наличие собственной «ниши» деятельности у любой ветви, самостоятельность каждой ветви, невмешательство в функционирование других ветвей, воздействие на них и испытание на себе их влияния, то есть все основания включить в систему разделения властей также общественную власть и масштабно подходить к категории разделения властей.
Обобщая все сказанное, предлагаем видеть новый этап в развитии теории разделения властей со следующими чертами[54]:
1) хотя разделение властей в первую очередь является категорией государства и государственной власти, в принципе надо видеть разделение властных возможностей в управлении государством и обществом, должны быть пределы участия государства в управлении обществом и пределы вмешательства общественных структур в управление государством;
2) разделение властей в государстве предполагает не существование многих видов государственной власти, а наличие единой государственной власти, исходящей от народа, и ее ветвей; это означает, что в строгом смысле слова надо говорить о разделении «власти», а не о разделении «властей»;
3) единая государственная власть не только исходит от народа, но и предполагает его участие в осуществлении власти; таким образом, разделение властей в государстве включает непосредственное народовластие и осуществление государственной власти специальными органами государства;
4) к традиционным законодательным, исполнительным и судебным органам в системе разделения властей могут быть добавлены другие органы и механизмы государственной власти (государственные органы) – учредительная власть, глава государства, органы прокуратуры, избирательные комиссии, банковско-финансовые органы и др.;
5) в государстве существует не только горизонтальная, но и вертикальная система разделения властей, она включает в себя разделение властных функций между органами центра, регионов и местного самоуправления;
6) разделение властных функций существует не только в системе государственной власти, но и в местном самоуправлении – на этом уровне решение вопросов распределяется между населением и различными органами местного самоуправления;
7) разделение властей должно включать и обособление функций, задач и полномочий внутри системы однотипных органов. Для примера: хотя Государственная Дума и Совет Федерации являются частью такой ветви власти, как законодательная власть, и вместе составляют Федеральное Собрание Российской Федерации, у каждой палаты есть обособленные полномочия, теория и практика формирования и деятельности. Если одна палата что-то не делает, это может стать тормозом и для деятельности другой палаты. Активность одной палаты может дать видимость активности парламента в целом, но такого рода иллюзия не затемняет роль каждого звена парламентской структуры. И тем более каждая палата может быть, образно говоря, связывающей инстанцией для другой палаты. На это обращал внимание еще Монтескье, рассуждая о государственном устройстве Англии: «…вот основные начала образа правления, о котором мы ведем речь. Законодательное собрание состоит здесь из двух частей, взаимно сдерживающих друг друга (выделено мной – Авт.) принадлежащим им правом отмены, причем обе они связываются исполнительной властью, которая, в свою очередь, связана законодательной властью. Казалось бы, эти три власти должны прийти в состояние покоя и бездействия. Но так как необходимое течение вещей заставит их действовать, то они будут вынуждены действовать согласованно»[55].
Разумеется, речь не может идти об обособлении палат друг от друга и тем более об их противостоянии, хотя в парламентской практике иных стран такое встречалось; да и у нас между палатами имели место недоразумения, когда Совет Федерации был склонен считать себя более квалифицированной инстанцией в законодательном процессе, выправляющем огрехи и недоработки слабо (по мнению отдельных членов Совета Федерации) подготовленной нижней палаты. Депутаты Государственной Думы все же дали отпор таким утверждениям представителей Совета Федерации, да и работа самой Думы со временем более или менее выровнялась. Но все же фактор раздельного выполнения палатами их назначения, в т. ч. и объема полномочий, продолжает оставаться актуальным.
Определенное проявление разделения властей характерно и для других однотипных систем государственных органов. В частности, оно имеет (должно иметь) место внутри исполнительной власти, где, кстати, очень не всегда соблюдается и может отрицательно влиять не только на выполнение государственных функций, но и на обеспечение прав и свобод граждан. Сошлемся для примера на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 1992 г. «По делу о проверке конституционности Указа Президента РСФСР от 19 декабря 1991 г. № 289 «Об образовании Министерства безопасности и внутренних дел РСФСР»», в котором Суд подчеркнул, что разделение и взаимное сдерживание (выделено мной – Авт.) служб государственной безопасности и внутренних дел обеспечивает конституционный демократический строй и является одной из гарантий против узурпации власти. Названный Указ, отметил Конституционный Суд, объединяя функции охраны государственной и общественной безопасности, противоречит ряду законов РСФСР, содержание которых обеспечивает соблюдение установленного в Российской Федерации разделения властей, создает систему сдержек и противовесов, направленных, в конечном счете, на охрану конституционных прав и свобод граждан, конституционного строя в целом[56].
В определенной мере о разделении власти можно говорить и при создании различных судебных систем. Так, при возможности создания судебного конституционного контроля либо в качестве отдельной системы, либо как подразделения внутри судов общей юрисдикции наша страна предпочла первый вариант, тем самым установила разделение власти внутри судебной системы. Прежняя практика раздельного Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ также означала определенное разделение задач между двумя высшими судами страны. При слиянии в 2014 году Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ звучал аргумент: необходимость преодоления неодинаковости их позиций по отдельным судебным проблемам. Однако думается, данный фактор может быть основой, как для негативной, так и позитивной роли обеих судебных инстанций;
8) разделение властей предполагает не только распределение функций и полномочий между субъектами властной деятельности, но и систему их взаимного влияния, т. е. сдержек и противовесов. Этот фактор должен быть решающим при создании тех или иных систем публичной власти: необходимо предусмотреть возможности их влияния на иные властные институты и, в свою очередь, воздействия на них с разных сторон.
Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Источник