мой опыт работы воспитателем в дет.саду.
знаю точно, туда я больше не вернусь. не за какие деньги… видно зря я училась 6 лет заочно, 2 года мечтала работать с детьми, а выдержала такую работу все лишь полгода.
начнем все по-порядку.
1. ПЛАНЫ ВОСПИТАТЕЛЬНОЙ РАБОТЫ. их нужно писать подробно, в 2х экземплярах(в тетради и на компе). + дополнительная работа(сценарии, конспекты занятий) и все по ФГОСТу, какие- то там рабочие планы, дневники самообразования и т.п… В общем работка круглосуточная… Т.Е. приходишь домой волоча ноги (в группе 27 детей 6-7 лет), поела, попила чай и снова в компьютер. Времени нет вообще, ни на детей (у меня их двое, 2 и 7 лет), ни на мужа(тот вообще похудел, бороду отрастил). чтобы приготовить поесть нет ни сил, не денег (зарплата за январь вышла 7,800).
2. Родители детей. Это вообще ШОК. Есть конечно нормальные люди, а есть .
Одна девочка после тихого часа приносила мне свою расческу. я деткам говорю, «несите свои расчески», они идут в умывальник, берут каждый в своем индивидуальном ящике расчески и несут, чтобы я их причесала. Оказалось, что оказывается — это не ее расческа, а чья-то… Но я то этого не знала, детки большие, все знают, все умеют. Я маме объясняю, что произошло недоразумение, вежливо извинилась, работаю с детьми несколько дней, и еще имен их не запомнила толком, куда тут до расчесок… в итоге та все-равно пошла и написала на меня докладную заведующей. Это НОРМАЛЬНО. ей что от этого легче стало?? просто взяла и унизила?
У другой девочки были проблемы с подготовкой руки к письму. Мы с ней очень занимались, старательно выписывали буквы(я с ней занималась индивидуально). Тут длинные выходные. я ее папе вежливо говорю, мол мы старались, работали, если вам не трудно, попишите дома, пожалуйста, чтобы закрепить, не потерять навык. через полчаса меня вызывает зава. Мама этой девочки звонила, ругалась. Типа я их ребенка сочла «дурочкой, Дауном», что дала задание на выходные. Здесь без комментариев..
были еще случаи, похлеще… просто вспоминать не хочется.
в итоге… что хочу сказать… После полугода этого всего, я просто уволилась по собственному… был вариант уйти, я им воспользовалась. Я похудела, стала более нервной, сердце стало хватать, давление падать. В общем не судите строго мою исповедь, мол все так живут, работают и т.д. Просто обидно.
Источник
Я мечтала стать воспитателем, но за три года работы в детсаду возненавидела детей и теперь делаю оружие
Легкий выбор
Детей любила всегда и уже в средней школе знала: работать непременно пойду в сферу образования. Тетя у меня была воспитателем, стаж 18 лет. В каникулы часто ходила ей помогать: играла с малышами, иногда даже элементарные занятия вела. Считала работу с детьми интересной и почетной.
В девятом классе прошла профориентационный тест и ни капли не удивилась результатам. Вердикт вынесли однозначный: пора в педагогический колледж. Поступила на специальность «учитель начальных классов с правом преподавания и работы с детьми с ограничениями здоровья», началось студенчество — новые знакомства, тусовки, курсовые и ежегодная практика в образовательных учреждениях города. За время учебы поняла, что больше тянет к детям дошкольного возраста, поэтому спустя четыре года стояла на пороге колледжа и предвкушала работу в детском саду — куча малышей, звонкий смех, детские забавы и первые успехи.
Первые дети
В детский сад взяли с легкостью. Заведующая сказала, что понадобится переподготовка на воспитательную деятельность. Проблемы в этом не видела, поэтому с удовольствием согласилась.
В августе с нетерпением ждала, когда в двери группы придут мои первые воспитанники младшей группы, яселек. Чувство счастья переполняло. Я размышляла о том, что смогу дать этим малышам, представляла, как буду вести занятия, во что будем играть. Очень переживала за адаптацию: эти дети раньше сидели дома с мамами. Первые дни в садике малыши испытывают стресс: место новое, родителей рядом нет, кругом незнакомые люди. Но страх оказался напрасным. Через три недели 30 ребят заходили в группу без слез, радовались мне и улыбались.
С родителями тоже сложились прекрасные отношения: на праздники меня задаривали подарками, благодарили. Это подбадривало и давало новые силы. Детей любила, как собственных, старалась всему научить, вкладывала в них всю себя и ни капли об этом не жалела. Каждый раз придумывала новые занятия, игры, стихотворения разучивали, хотя детишкам 1,5–3 года. В конце года в садике проходила диагностика. Почти вся группа показала высшие результаты. Не было ни одного ребенка с задержкой развития. Коллеги отметили, что это шикарный результат для первого года работы.
Все пошло не по плану
Пришло время отпуска. «Как детки без меня останутся, найдут ли общий язык с подменным воспитателем?» — переживала я. Родители тоже беспокоились, чуть не каждый день писали. Ни дня на отдыхе не прошло, чтобы не думала о работе.
Когда вернулась в детский сад, ждал неприятный сюрприз. Заведующая заявила, что моих детей отдали другому воспитателю, а я останусь на яслях. Ужасно было обидно: даже не предупредили, взяли и поставили перед фактом. В шоке были и родители: обращались к заведующей, чтобы оставила на группе, писали коллективное письмо в администрацию района, но ничего не помогло. В тот момент у меня в голове что-то поменялось — как будто у отобрали собственного ребенка.
Детский сад — ад
В сентябре пришли новые дети. С ними было совсем по-другому: того настроя, как в первый год, уже не было. Адаптация проходила сложнее: дети капризничали, устраивали истерики. Я работала по программе — ни больше, ни меньше, себя не проявляла, не фантазировала. Понимала, что этих детей у меня тоже заберут, и просто делала работу — как положено, старательно.
К тому же начала уставать. Почти весь второй год работала без няни за смешную доплату в 3000 рублей. Воспитатель по нормам должен быть с детьми даже в сончас — на случай, если кто проснется, попросит попить или заплачет. Я же в сончас драила полы и намывала посуду. Это было очень трудно. Пока прибиралась, половина группы стояла рядом. Прогулка превратилась в ад: я одна одевала, а потом раздевала 30 детей — под крики, рев, истерики.
Я понимала, что теряю интерес к тому, что делаю. Надоело повторяться: круги, квадраты, треугольники, счет до трех, шесть цветов. Раздражали вечные стоны и сопли. Стало бесить, что на работу не наденешь нормальную одежду, а красивая кофточка рискует оказаться в соплях и моче через полчаса пребывания в группе.
Первый нервный срыв случился весной. Одна девочка никак не могла адаптироваться к садику. Семь месяцев малышка ежедневно закатывала истерики и дралась. Без меня девочка не спала, приходилось укачивать на руках, но отойти не получалось — та тут же просыпалась и начинала рыдать и всех будить. Мне же в этот момент следовало мыть посуду и прибирать игрушки. К тому же девочка отказывалась от еды, а если я кормила, срыгивала пищу. Думала, свихнусь. Однажды сорвалась и разрыдалась вместе с ней. Представляете, сидит воспитатель и ревет с ребенком на руках посреди группы! Но остановиться не могла — была истощена.
В отпуск убежала с радостью. Муж видел, что происходит неладное: после работы не хотела ни с кем разговаривать, в свои 20 лет закрывалась в комнате, глядела в одну точку и молчала. Он-то и предложил устроиться на завод, где сам работал. Тогда я засмеялась. Подумала: что за бред, куча грязных мужиков собирают какие-то установки, даже не знаю, для чего… Нет, это точно не для меня. Да и что там буду делать? Все, что умею, — учить счету до трех и петь песенки-потешки.
Переломный момент
Третий год работы: снова привели 30 детей 1,5–3 лет, снова работала без няни. Ад продолжался, но стало трудней. Я выгорела и осознавала это. К этому времени поняла: сложнее в работе воспитателя не дети, а родители. Те писали в час ночи, что нашли у Ванечки на спине микросиняк, интересовались, как это произошло и почему я проглядела. С каждым годом мамы и папы становились придирчивей и дотошней, спрашивали за каждую царапинку и, похоже, видели во мне виновницу всех несчастий. Некоторые мамочки требовали того, чего воспитатель не должен делать, считали, что научу трехлеток читать и писать.
Снижалась зарплата. Первый год получала 30–40 тыс. рублей — считается, для воспитателя это много. Со временем зарплата упала до 16–17 тыс. — при том, что работала я за воспитателя и няню. Администрация говорила: денег нет.
Второй нервный срыв случился, когда одна мамочка пожаловалась на меня заведующей. Женщина была недовольна тем, что я выполняю обязанности нянечки в то время, когда должна сидеть с детьми. Группа на первом этаже, и родительница увидела, как я мою посуду. Заведующая сделала мне серьезный выговор, долго ругалась. В чем моя вина, я не понимала. Что тут следовало делать: прятаться от родителей, задергивать шторы? Скорее, администрация детсада виновата в том, что штат не укомплектован. Я была возмущена и обижена одновременно. Работать не хотелось.
Я понимала, что становлюсь плохим специалистом: перестала делать элементарные вещи, могла не провести занятие — пыталась себя заставить, но не могла. В конце года диагностика показала, что четыре ребенка из группы имеют задержки речи и умственного развития, один отстает физически. Не сомневалась, что больше не способна работать с детьми: нет сил, желания, потенциала, настроя. Больше того, детей я возненавидела, они меня раздражали, боялась причинить им вред — сорваться и накричать. В отпуск уходила и понимала, что никогда не вернусь в этот садик, не вернусь к детям, навсегда уйду из сферы образования.
На завод
В последний день отпуска написала заявление на увольнение. Заведующая уговаривала остаться, предложила дальше вести эту группу, а на ясли поставить другого. Но я уже ничего не слушала и приняла самое неожиданное решение в жизни: иду работать на местный оборонный завод.
О будущей профессии не имела никакого представления. Единственное, что знала: буду комплектовщиком изделий и инструментов. Коллектив на заводе не принял, говорили: «Что тут забыла, воспитательница?» Насмешки, упреки и косые взгляды пережила стойко. После садика не боялась ничего, поняла, что детсад — это школа жизни и мужества.
Тут поняла и другое: человек освоит что угодно, только если ему это надо. Научилась и я: разобралась в деталях и инструментах, обучилась работе в программах. Сложно было физически: многие детали тяжелые, но со временем привыкла и к этому.
Уважение коллег и начальства тоже завоевала: знаю, что меня ценят. Я всегда все успеваю, а иногда даже доделываю работу за другими сотрудниками. На заводе мне нравится: зарплата 35–40 тыс. рублей, просто и спокойно, не надо придумывать план на неделю, отвечаю только за себя, и родители в полночь не пишут. В обед могу спокойно поесть или даже прилечь. Каждые 2,5–3 часа полагается остановить работу на 15 минут и отдыхать от шума в специальной комнате — это даже в договоре прописали. В садике от криков и капризов не отдохнешь.
Работа на заводе — не то, о чем я мечтала с детства. Но сегодня грязные детали, огромная роба, запахи краски и железа меня полностью устраивают, я счастлива. Иногда, если скучаю по детскому саду, иду в гости к бывшим коллегам. Когда захожу в группу с тридцатью маленькими детьми, убеждаюсь, что приняла правильное решение: все-таки сфера образования — не мое
Источник
«Просто большие человеки»: Интервью с воспитателем детского сада
С детьми не сложно работать, сложно работать с родителями
Работа воспитателя — кропотливый и каждодневный труд, требующий много любви, терпения, сил и полной самоотдачи. Нужно уметь быть и ласковой мамой, и добрым другом, и мудрым наставником-учителем для малышей. Надо уметь выслушивать просьбы 25 (а то и больше) детей и на все оперативно реагировать. Не каждый человек, получив эту специальность, сможет работать в детском саду. У Василия Сухомлинского есть замечательные слова: «… чтобы стать настоящим воспитателем детей, надо отдать им свое сердце».
В преддверии профессионального праздника главный редактор «МК в Рязани» встретилась с воспитателем детского сада № 143 Юлией Сафроновой, которая на протяжении 10 лет дарит частичку своего сердца и души малышам.
Юлия Викторовна Сафронова/фото из личного архива
Мне нужно было устроить в детский сад свою дочь
Попадание Юлии Викторовны в профессию было не очень оригинальным: как и многие она пришла в детский сад из-за ребенка. Работа далась учителю математики очень сложно, за полгода накопилась усталость и появилось твердое желание уйти. Смена места жительства, перевод дочки в другой сад и … увольнение из дошкольного учреждения. Наша героиня устроилась экономистом. Буквально через пару месяцев она поняла, что постоянная работа за компьютером – не для нее, она должна быть в детском саду, где каждый день не похож на предыдущий, где десятки горящих детских глаз с нетерпением ждут тебя, чтобы рассказать об увиденном, поиграть в интересную игру.
И вот спустя два года, уже с сыном, Юлия Сафронова снова перешагнула порог детского сада. «Погрузившись с головой в профессию, я в нее влюбилась, и сегодня мне ясно, что быть воспитателем – мое призвание. Сегодня я точно знаю, что никакая другая работа не даст мне такого эмоционального и душевного удовлетворения», — признается собеседница.
По ее мнению, в детском саду посторонних быть не должно: люди, не заинтересованные в этом деле, надолго здесь не задерживаются. Это работа по призванию.
Воспитание детей – воспитание себя
Юлия Викторовна признается, что за 10 лет воспитания детей они в какой-то степени «перевоспитали» и ее саму. «Начиная работать, я считала, что главное – это научить ребенка чему-то, сформировать у него необходимые умения, дать знания и подготовить к школе. Сегодня, приобретя опыт, я понимаю, что в дошкольные годы наиболее важно развить личность и способности ребенка, научить его жить в коллективе. Читать и писать он все равно научится», — говорит воспитатель.
Раньше дети были другие
Наша собеседница соглашается с устойчивым суждением о том, что нынешнее поколение заметно отличается от детей «девяностых» и «нулевых». Современные дети стали свободнее и раскрепощеннее, они умело обращаются с техникой, что порой идет им только во вред. Родители дома дают дочке или сыночку телефоны с играми, чтобы те им не надоедали. А в саду детям стараются объяснить, что не стоит переносить в реальную жизнь увиденное на экране гаджета или телевизора. «Пытаемся убедить родителей, что лучше дать ребенку реальную машинку, чем, если он будет играть в гонки на телефоне, — делится опытом рязанская воспитательница. Конечно, мы понимаем, что сейчас бешеный ритм жизни: родители работают допоздна, им некогда заниматься детьми».
Комментируя вопрос детской жестокости, о которой мы порой слышим из новостей, Юлия Викторовна рассказала случай из собственной практики:
– Я проводила собрание, на котором попросила родителей не учить детей давать сдачу. Ответ меня просто убил: «Пусть дают сдачу, сейчас жизнь такая».
Также, по словам воспитательницы, порой нынешние дети думают, что любовь родителей к ребенку измеряется в игрушках. Одному мальчику сверстники заявили, что мама с папой его не любят, так как они не покупают машинки.
«Но все же ребенок во все времена остается ребенком: он любит сказки, верит в чудеса, стремится перевоплощаться и реализовываться в игре», — резюмирует воспитатель.
Игровая математика
В этом году наша героиня стала победителем сначала муниципального этапа, а затем и регионального этапа всероссийского конкурса «Воспитатель года России – 2020» с проектом авторской педагогической системы «Математика вокруг нас». Юлия Викторовна помогает малышам постигать науку на примерах из обычной жизни. Теперь она представит Рязанскую область на федеральном конкурсе.
С бандой один на один
На вопрос о том, как воспитателю удается справляться с группой малышей, Юлия Викторовна вспомнила слова героини Веры Алентовой из легендарного советского фильма «Москва слезам не верит»: «Сложно с тремя, а когда трех научишься организовывать, количество не имеет значения». А еще воспитательница стремится сделать каждую минуту пребывания ребенка в детском саду увлекательной, полезной и значимой. «Но все же главное – это любовь к детям. Когда они видят, что ты их понимаешь, слышишь, что ты им настоящий друг, тогда эти дети для тебя горы свернут», — делится секретом успеха педагог.
С детьми не сложно работать, сложно работать с родителями
Юлия Сафронова признается, что с родителями находить общий язык порой достаточно непросто. По ее словам, в современном обществе профессия воспитателя и учителя становится неуважаемой. «Родители порой потребительски относятся. Они считают, что мы им что-то должны», — говорит воспитательница и добавляет, что если мамы и папы не будут сотрудничать с детским садом, то что-то поменять в ребенке будет очень сложно. Все равно для детей в приоритете будут родители. Иногда приходится уговаривать родителей показать ребенка специалисту, потому что тот в пять лет еще не говорит.
В детских садах сейчас проводятся тренинги, родительские собрания. Мамам и папам говорят о вреде компьютерных игр, просят не давать дорогие игрушки ребенку и мобильные телефоны.
Просто большие человеки
Как рассказала Юлия Викторовна в работе воспитателя каждый день не похож на другой. Дети, как говорится, не устают удивлять. Мы попросили вспомнить какой-нибудь забавный случай из детского сада.
В группе остался один мальчик. Когда Юлия Викторовна одевала ребенка на вечернюю прогулку, ей позвонила сменщица (вторая воспитательница). После разговора мальчик с серьезным видом спросил:
– Яся с Макаром? (Это дети из группы мальчика – прим.).
– А что они у вас воспитатели? А кто тогда я и Екатерина Константиновна?
– Вы? Вы просто большие человеки.
Был еще один случай. На днях мальчик поздравил девочку с днем рождения, встав на колено, целый день с ней за ручку ходил. «Хоть в детском саду посмотришь на настоящих мужчин», — говорит с улыбкой собеседница.
Пандемию пережили тяжело
Воспитательница рассказала, что закрытие детских садов из-за коронавируса переживала очень тяжело. Дома у Юлии Викторовны был диск с записью утренника, который она давно намеревалась переписать для одной из родительниц. В период тоски по детям воспитательница включила видео и не могла оторваться от просмотра. «Ты больная в хорошем смысле, не можешь без своих детей», — были слова мужа нашей героини. Юлия Сафронова рассказала, что воспитатели все равно пытались общаться с детьми вне стен садика, записывали для малышей видеообращения, давали им задания. Ребята присылали видео, на которых читали стихи. «Было очень тяжело и нам, и детям. Они очень сильно повзрослели за то время, пока мы не виделись», — вспоминает воспитатель.
А после пандемии малыши в саду дружно распевали «Шашлык запретили, мы на карантине».
Профессия – воспитатель
По мнению Юлии Сафроновой, воспитатель – это, прежде всего, человек любящий детей, профессионал в своем деле, внимательный к проблемам ребенка и его родителей, интеллигентный и доброжелательный. Он не может себе позволить быть мрачным, раздражительным, нести негатив.
«Большое количество времени, что мы должны уделять семье, занимает работа. Ведь выйдя за ворота детского сада, работа не заканчивается, мы готовимся к занятиям, продумываем развлечения, занимаемся саморазвитием. Меня этот факт расстраивает, к сожалению, — я не могу делать работу плохо, а выполняя ее хорошо, я забираю время у семьи», — признается Юлия Сафронова.
Наша героиня отмечает, что сейчас труд воспитателей и учителей оплачивается хорошо. В детском саду № 143 нехватки кадров нет, все группы укомплектованы. Коллектив опытный, возрастной, молодежи маловато. Люди работают по 20-25 лет. Юлия Викторовна в разговоре о профессии воспитателя сделала комплимент Рязанскому педагогическому колледжу, который, по ее мнению, готовит прекрасные кадры для детсадов. Выпускницы хорошо знают методику проведения занятий, психологию ребенка.
Источник