Розенбаум почему не стал работать врачом

Александр Розенбаум: «Люди помнят меня доктором, это очень приятно, обычно врачей «скорой» не запоминают»

Проект «Нации» к 100-летию системы здравоохранения в России. Часть 4

авторы Алина авторы Алина Пинчук, Мария Погребняк.

В 2018-м году системе здравоохранения России исполняется 100 лет. К юбилею мы сделали серию интервью с известными россиянами: музыкантами, писателем, телеведущим, — об их врачебном прошлом.

Наш первый герой — поэт и музыкант, народный артист РФ Александр Розенбаум. В 1974 году окончил Первый медицинский институт в Ленинграде по специальности «анестезиолог-реаниматолог». В 1976-1980 годах работал врачом «скорой помощи».

— Я, можно сказать, уже родился в белом халате — в семье студентов медицинского института, который потом сам же и окончил. Вся моя жизнь, сколько себя помню, была связана с медициной. Правда, сначала я хотел быть геологом: мечтал о рюкзаке, походах и добыче полезных ископаемых. Но потом генетика победила, и я пошел в медицинский. У военных, врачей, учителей так часто бывает. Мой младший брат тоже, кстати, пошел в доктора.
Я вырос на работе у родителей. Когда мы жили в Казахстане, наш дом был на территории больницы, и я практически в ней жил. Много чего повидал уже в детстве, а больные были для меня вроде как родные люди.

Запомнилось первое занятие по судебной медицине. Стоим возле морга, ждем преподавателя. Подъезжает машина, «семерка», красивая такая, выходит из нее вальяжный мужчина в очках с позолоченной оправой. Мы решили, что это и есть наш доцент, до этого его не видели. Идем в секционный зал морга. И к нам выходит потрясающе красивая женщина, молодая, лет на шесть всего нас старше, говорит: я ваш преподаватель. Мы опешили: такая женщина, и судебный медик, с непростыми трупами работает. А она санитара зовет: мол, Володя, надо раздеть труп. И появляется тот самый мужчина из «семерки». Нам было очень смешно: мы-то думали, он профессор, а он просто санитар. Тогда санитары в моргах, как выяснилось, очень хорошо зарабатывали.

В моей юности никто не мечтал стать, например, инструктором райкома партии. А сейчас так много молодежи рвется в госслужащие! Но бог с ними, карьеристами. Намного хуже, когда врачи не любят больных.

Все шесть лет учебы в медицинском были очень яркими. У нас не было интернета, селфи, инстаграмов и прочей дребедени, и мы сами себя веселили. Капустники, любовь, стройотряды, демонстрации, посиделки до утра и, конечно, учеба до седьмого пота — у нас было все. Замечательная компания, прекрасные преподаватели.

У каждого врача есть свое кладбище. Есть люди, которые ушли, и которых, наверное, я мог бы вытащить. Но у меня таких немного, намного больше спасенных. Мне в инстаграме пишут: «Александр Яковлевич, у нас до сих пор хранится рецепт, который вы выписали моей бабушке». Представляете? Я уже 35 лет не работаю! Или недавно прислали: «Когда я была маленькой девочкой, вы спасли моего папу, я запомнила ваши усы». Люди помнят меня доктором, это очень приятно, потому что обычно врачей «скорой» не запоминают.
Среди моих пациентов был один из лучших гримеров «Ленфильма» Алексей Грибов. Тяжелейший отек легких, сердечная астма, я работал с ним целую ночь, шесть часов. Вытащил. Он мне потом подарил книгу Секста Эмпирика, древнегреческого врача и философа, с надписью «Благодарю за жизнь. Грибов».

Помню женщину, у которой принимал непростые роды на Финляндском вокзале. Прекрасно помню детей: для меня выезд к ребенку всегда был экстремальным случаем, я же доктор взрослый. Ситуации с детьми заставляли меня потом болеть по неделе, всегда тяжело переживал их недуги или смерть. Пережить смерть взрослого гораздо проще. Вызов: мальчик упал с 6-го этажа в лестничный пролет. Ты приезжаешь оказывать помощь ему, но уже ничего не сделать, и ты откачиваешь его родителей, которые при смерти от шока.

Я много чего могу. Могу вас сейчас реанимировать, сделать укол в вену, сделать трахеотомию: если вы, ней дай бог, начнете задыхаться, возьму нож и проткну горло, чтобы вставить какую-нибудь трубочку для коктейля. Я — врач «скорой», учился хорошо, помню все до сих пор.

Помогал людям, уже и не будучи врачом — на дорогах, в самолетах, в концертных залах. Однажды во Владивостоке во время исполнения «Черного тюльпана» (песня о войне в Афганистане) женщина потеряла сознание: выяснилось, что ее сын погиб в Афгане за два месяца до этого. Я побежал в зал со сцены, помог ей прийти в себя и пошел допевать.

Розенбаум не раз выступал в Афганистане перед воинами-интернационалистами.

Я всегда со смущением говорю о своей врачебной практике, хоть и понимаю, что людям это, наверное, интересно. И всегда прошу журналистов: вы пишите не о тех случаях, когда врач спас, пишите о тех, когда прошел мимо, хоть и клятву Гиппократа дал. В какой-то телепрограмме 6-летнюю девочку спросили, кем она хочет быть, она ответила: пластическим хирургом. Она же вообще понятия об этом не имеет, просто услышала, что они много зарабатывают. У многих в глазах доллар светится, а не любовь к больному. Мы знали, куда шли: 135 рублей зарплата на «скорой», 110 — в стационаре. Мы шли в медицину просто потому, что любили саму идею, что будем лечить и спасать людей. Сегодня медицина для многих — возможность заработать денег, продвинуться по карьерной лестнице. Да это и не только нашей профессии касается. В моей юности кем хотели стать? Пожарными, летчиками, врачами, космонавтами. Никто не хотел быть, например, инструктором райкома партии. А сегодня так много молодежи рвется в госслужащие — чтобы можно было хапать, пилить, брать на лапу. Но бог с ними, карьеристами. Намного хуже, когда врачи не любят больных.

Это серьезнейший разговор на много часов. Ты можешь быть архитектором — и не любить здание, которое строишь. Ты можешь быть журналистом — и не любить своих героев. Ко мне вот приходят корреспонденты, они терпеть меня не могут, но делать нечего. Вопросы такие: «А что это у вас за кольца?», «а где вы купили этот пиджак?». Больше им нечего спросить у человека, который за 67 лет написал тысячу песен и четыре раза стал дедушкой. Но ладно, это можно еще как-то перетерпеть. Но когда врач не любит больного, когда у него доллары в глазах — это ужасно. Да, конечно, доктора должны зарабатывать, я вообще за то, чтобы все были миллионерами, но деньгами — в медицине! — все мерить нельзя.
Ты же должен в глаза смотреть, когда лечить станешь! Держать эту бабушку за руку, разговаривать с ней о внуках, правнуках, лишь бы ей стало легче.

Когда меня спрашивают, жалею ли я о своей медицинской жизни, отвечаю: нет. Я нашел свое место, которое, по-моему, достаточно достойно занимаю. Но я скучаю по медицине — ежедневно, ежечасно, ежеминутно. Каждую карету «скорой помощи» провожаю тоскующим взглядом: хочется в нее впрыгнуть и помчаться на вызов. Ну, конечно, я бы не хотел на 68-м году жизни возвращаться в строй. «Но если что, то я Серега», как у нас во дворе говорили (смеется). Это значит, что, если вдруг понадобится моя медицинская квалификация, я всегда приду на помощь.

Источник

Полковник медицинской службы, который даже не был в армии

Александр Розенбаум — бесспорно культовая фигура в российском шоу-бизнесе. Но при этом в его жизни хватает интересных моментов, которые могут заинтересовать поклонников исполнителя. Сегодня мы расскажем об Александре Яковлевиче подробнее.

Детские годы

Будущий автор и исполнитель песен родился в Ленинграде, в семье медиков. Позже родителей Саши по распределению отправили в Казахстан. Там на свет появился младший брат Розенбаума.

Через 6 лет семья вернулась в Ленинград. Здесь Розенбаум ходил в школу, а параллельно учился играть на фортепиано и скрипке. Интересно, что гитару мальчик освоил, занимаясь самостоятельно.

Окончив школу, Александр решил пойти по стопам родителей и поступил в Первый Ленинградский медицинский институт. Некоторое время парень работал в скорой помощи, но параллельно посещал занятия в джазовом училище. Когда Розенбаум получил диплом музыканта-аранжировщика, ему пришлось делать выбор между музыкой и медициной.

Личная жизнь

Сегодня всем понятно, что вместо медицинского будущего Розенбаум отдал предпочтение музыкальному. Ну а рассказывать о всех его достижениях на этом поприще нет смысла. Многие песни Александра Яковлевича хорошо знакомы даже тем, кто не является поклонником его творчества.

А вот вторая попытка стала гораздо удачливей. Вновь избранницей исполнителя стала студентка медицинского вуза Елена Савшинская. С ней мужчина живет в браке до сих пор. У них есть единственная дочь Анна.

Что касается дочери певца, то она получила филологическое образование. Но при этом женщина никогда не работала по профессии. Большую часть времени она уделяет семье и детям, которых у нее четверо.

Александр Розенбаум — настоящий полковник?

В конце хочется рассказать еще один забавный факт из жизни певца. Несколько лет назад Розенбаум появился на людях в форме полковника медицинской службы. На груди у него при этом красовалось немало наград. СМИ заинтересовались, как же так произошло, если Александр Яковлевич даже в армии не служил из-за проблем со зрением.

Тогда один из блогеров даже назвал Розенбаума ряженым, а все его награды — побрякушками. Действительно, перед Днем Победы (а дело было как раз весной) появляется много различных псевдоветеранов.

Уже будучи артистом, Александр Яковлевич отправлялся в командировки в горячие точки. В 2000 году ему было присвоено звание полковника. Что касается наград на груди, то, по словам морского офицера, там есть лишь одна правительственная награда — «300 лет российскому флоту».

Вот такой он, Александр Розенбаум. На самом деле полковник медицинской службы, хотя наверняка многим военным будет непонятно, за что он получил это звание.

Источник

Александру Розенбауму – 69: Как медицина помогла врачу скорой помощи стать артистом

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Александр Розенбаум родился в Ленинграде в семье медиков. С самого детства он увлекался музыкой, освоил игру на фортепиано, скрипке и гитаре, начал писать песни. Еще одной его страстью был спорт – он занимался боксом в младшей группе при «Трудовых резервах». Вопрос о выборе дальнейшего пути тогда для него не стоял – еще в юности Александр решил продолжить медицинскую династию, окончил Первый ленинградский медицинский институт и несколько лет проработал в отделении скорой помощи, как и его младший брат Владимир.

О своем выборе он говорил: « Поступить после школы в «мед» для меня было так же естественно, как для сына кадрового офицера оказаться в военном училище. У меня же мама с папой – врачи. Продолжение династии в таких семьях – нормальное явление. В разные годы я, правда, мечтал быть и геологом, и профессиональным охотником, хотел быть поближе к природе и животным, но, когда пришло время определяться с профессией, совершенно осознанно отнес документы в медицинский. Да и у родителей мое будущее не вызывало вопросов. Я родился в семье студентов выпускного курса первого «меда» и в буквальном смысле вырос в больнице. В доме все разговоры были только о медицине, все друзья родителей были врачи. Ну какую профессию я еще мог выбрать? ».

Розенбаум никогда не жалел об этом периоде своей жизни и признавался, что работал на «скорой» с удовольствием, несмотря на сложности этой профессии. Несмотря на то, что эта работа отнимала большую часть и физических, и душевных сил, он продолжал заниматься музыкой и параллельно учился в вечернем джазовом училище при Дворце культуры им. С. Кирова. Он признавался: « Меня считали приличным доктором, но втайне я всегда мечтал о музыке ».

В 30-летнем возрасте Розенбаум осознал, что его призвание – это все же не медицина, хотя, по его признанию, именно она и помогла ему стать поэтом, композитором и певцом, научив чувствовать чужую боль, сопереживать другим людям и пропускать через себя их страдания. Артист признавался: « Не побоюсь самомнения – я мыслю массой людей, и не потому, что я некий Иисус Христос, а потому, что моё человечество – это всегда огромное количество людей больных, с трудными судьбами, которых я не в силу дарования, а в силу своей медицинской профессии узнал, впитал, пережил. Без медицины у меня, как певца-стихотворца, ничего бы не вышло ». К тому же на «скорой» он привык трудиться по 12 часов в день и считал, что позже смог добиться успеха и благодаря этому.

Певец нередко посвящал песни врачам и всегда поздравлял коллег с Днем работника скорой медицинской помощи. В одном из таких обращений Розенбаум написал: « Был, есть и буду вашим и с вами… Все годы служения людям, наша Служба была на фронте, на передовой, ведя святую битву за человеческое здоровье… Я люблю вас, как самых близких и родных людей. Спасибо «03» за науку, без которой я не смог бы сделать того, что чуть-чуть удалось мне в этой жизни ».

На сцене Александр Розенбаум начинал как вокалист, исполняя чужие произведения, позже выступал с песнями собственного сочинения. Громкая слава пришла к нему в конце 1980-х гг., когда он написал песню «Вальс-бостон». Удивительно то, что в те времена авторской песни на эстраде не было, а Розенбаум вскоре стал участником большинства главных эстрадных концертов, таких как «Песня года». Он не любил, когда его называли бардом, сравнивали с Высоцким, Окуджавой или с любыми другими исполнителями, поскольку не считал себя продолжателем каких-то традиций. По этому поводу Розенбаум заявлял: « Сегодня никто из серьезных музыкантов не скажет вам, к какому жанру я принадлежу. Этого не знаю даже я сам. У меня есть джаз («Вальс-бостон»), рок-баллады, рок-н-ролл, романсы, исполняемые на рояле «симфонизмы». И есть «Гоп-стоп» – песня, которую называют блатной или уличной. Так что скорее всего мой жанр – «Розенбаум». И я хочу, чтобы меня называли просто артистом ».

Александр Розенбаум никогда не участвовал в закулисных интригах, не пел под фонограмму и не считал себя частью шоу-бизнеса. Он отличался от других артистов и тем, что не заводил громких романов и не делал свою личную жизнь достоянием общественности. Еще во время учебы в медицинском институте Александр познакомился со своей будущей женой, которая тоже стала врачом. Он не скрывал, что хотел бы, чтобы Елена больше времени уделяла дому и семье, но ее не устраивала роль домохозяйки, ведь свою профессию считала призванием, и мужу пришлось с этим смириться. Вместе они прошли многое и прожили уже больше 40 лет. У них есть дочь и четверо внуков. Розенбаум не раз говорил о том, что всем, чего он достиг в жизни, обязан своей крепкой семье.

Хотя с профессией врача Розенбаум уже давно попрощался, иногда ему приходится вспоминать о навыках, полученных во время работы на «скорой». Недавно, когда он летел на гастроли, в самолете одной из пассажирок стало плохо, и она потеряла сознание. Медиков на борту не оказалось, и артист оказал женщине первую помощь. Розенбаум не раз повторял, что бывших докторов не бывает, и в любом лечебном учреждении он до сих пор чувствует себя, как дома.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Источник